Контрольный выстрел

Для установления контакта со следствием по делу убийства Тереховой Адмирал отрядил Медведя, предварительно купив ему галстук. Причесав и смахнув пылинки с подчиненного, он благословил его и вытолкнул за дверь управления. Адмирал знал, что в подобных ситуациях Медведь превращался в спираль Бруно. Зацепишься штаниной — не отцепишься. В спорах же на юридические темы Медведь был не просто ас. Дискутировать с ним — все равно что пытаться утопить сенбернара. Недостаток правовой подготовки он окупал мужицкой логикой и солдатской смекалкой.

Медведь, как личность, привыкшая выполнять приказы творчески, беседуя со следователем Олегом Маркиным, взял инициативу на себя до такой степени, что тот усомнился, а кто, собственно, ведет дело. Словно начитавшись демократических изданий, Медведь поставил под сомнение все, что на самом деле имело абсолютно документальную основу. Он начал критиковать все — от протоколов допросов до актов экспертиз. Единственное, что не позволило Маркину с порога указать место пришельцу, была разница в возрасте. Сам Маркин только закончил заочный юридический институт, и это было его первое дело об убийстве.

— Короче, старик, я ничего не утверждаю, но мое чутье подсказывает, что все здесь полная туфта. — Медведь шел по четвертому кругу. — Во-первых, чего это убийца явился к жертве с букетом роз, коньяком и прочими причиндалами? Наляпать при этом отпечатков пальцев где можно, бросить на виду у всех посреди дороги машину... Нелепо! Хорошо, допустим, что он поначалу не собирался ее убивать. Все возникло спонтанно. Допустим, ссора на коммерческой основе. Или, предположим, она сказала, что беременна от него... А ему это было не надо. Хотя чего этому банкиру суетиться? Бабки есть, парткомов нет. Логично? Значит, все не так просто.

— А улики куда? — Следователю было сейчас трудно выдвигать иную версию убийства, кроме той, что фактически доказана. — Тут и показания свидетелей, и экспертиза...

— А может, Барского кто-то хотел просто подставить? Чем не версия? — Медведя так и подмывало рассказать то, что они с Адмиралом уже не раз обсуждали, — и про Белый дом, и про этот кредит, и про саму разработку Германа. Но он не мог. — Представь, что Барский кому-то стал неугоден. Или неудобен, мешает, а Терехова тоже кому-то насолила... Одним махом обоих.

Ария варяжского гостя в четырех актах с прологом и эпилогом надоела и утомила следователя. Чего он от него хочет, этот лысый?

Медведь и сам не знал, чего он хочет. Он знал только одно — что все это неспроста. Связать же два происшествия без материалов и документов не представлялось возможным. Со всей очевидностью можно было утверждать только одно — Терехова была посредником. Важным, но все-таки посредником. Не исключалось даже, что Герман и Барский были знакомы, но основные переговоры вела Терехова. Она, скорее всего, отвечала за банковскую линию... Не мог ее Барский убить! НЕ МОГ!