Не буди девочку! До утра...
- Автор: Воронина Алина, Киричек Людмила
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: АТ
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Не буди девочку! До утра...». Краткое содержание книги:
Обнаружив заброшенную могилу с собственным портретом, москвичка Аля осознаёт: жизнь в северной глуши не менее опасна, чем в мегаполисе. Никчёмная, на взгляд родителей, девчонка проявляет характер и в разгадывании деревенских тайн, и в любви. А в итоге бесследно исчезает…
Отец Авель хотел было задать девушке ещё вопрос, но тут Лариска решительно подхватила доцу под руку. На том и распрощались.
Двигаясь по Монастырке и раскланиваясь с земляками, Эмилин пациент планов не строил, но так уж вышло, что поманили полыхающие рябиновые кисти. Да и распахнутые ворота словно приглашали в гости.
Он не видел Светлану — Соломию целый год. Много воды утекло за это время. Да и кому как не бывшему настоятелю знать, как меняет людей столичная жизнь. Взять хотя бы того же Михея Михеевича Беспоповцева. Давно уже обстругал-обшкурил его мегаполис. Ничего не осталось от бывшего старообрядца. Ну разве только борода. А вот дочку острый московский резец почти не тронул. Если только заторможенность… Может, защитная реакция организма? Но от чего так отчаянно защищается это Божье дитя?
От любви? От похоти? И было ли что между ею и Эриком?
Глядя в её невинные глаза, отец Авель отказывается верить, что крестнику удалось соблазнить девушку.
Нет, монах не питает иллюзий насчёт женской природы. Как вообще человеческой. Более того согласен с выводами учёных о трёхслойном мозге гомо-сапиенс. Самый нижний — от рептилии, отвечающий за решение «укусить или убежать». Средний-от млекопитающего, отвечающий за любовь и ненависть, печаль и радость. Верхний-от примата. Он собирает информацию от нижних слоёв и принимает практичные и этичные решения. Да, отца Авеля отчасти можно отнести к материалистам — эволюционистам, что не мешает ему верить в Творца и почитать Иисуса Христа.
— Благодарим за книжечку! — выдавили улыбку женские губы.
— Это не я, — решительно отмёл благодарность гость. — Это собиратели потрудились. И я надеюсь, что Василий продолжит заниматься краеведением, уже под моим началом. Думаю, ему будет интересно заняться изучением вашего рода.
— Расскажи, Соломка, про наших предков! — вдруг предлагает Васёк.
— Про кого именно?
— Про ту, на которую ты похожа. Про бабушку Евстолию.
Отец Авель кивает одобряюще.
— Евстолия знатной травницей слыла, — начала сестра. — От любой хворобы-худерьмы средство знала. И у людей, и у скотины. А дар этот не у всех признавался. За спиной поговаривали: «Не от Бога!».
— Добрая слава у порога лежит, а дурная — впереди нас бежит! — соглашается с рассказчицей слушатель.
— В одно жаркое, не по нашему климату, лето случилось страшное. Великая сушь встала над Таракановкой. Был праздник Ивана Купалы. В этот день ребятишки с водой балуют, каждого встречного из ведра поливают. А у нас с неба ни капли!
Тогда народ с утра крестным ходом по полям-пожням пошёл. А вечером нашлись такие, что напились вдрызг. И тут им прадед наш на свою беду повстречался. Стали они у него допытываться:
— Не твоя ли жёнка-колдовка наслала беду на деревню?
— Моя Евстолия нынче в тягости, — отвечал Михей.(Это значит: ребёночка она ждала.) — Не берите греха на душу — не поносите бабу. Никакая она не икотница.
Однако слова Михея толпу не вразумили. Набросились они на него с кулаками.
— И что, он не мог сдачи дать? — от волнения Васин голос превратился в дискант.
— А после повели избитого к дому, — отвечала сестра, проигнорировав вопрос.
— К тому, в котором мы сейчас живём?
— Нашего ещё не было. А жили Михей с Евстолией в старом, родительском. Из окна его и увидела твоя прабабка, как мужа с окровавленным лицом, в разорванной рубахе по улице ведут. Не стала дожидаться, когда табачники по воротам забарабанят. Сама навстречу двинулась. С горящим поленом над головой. Низко поклонилась она народу. А потом звонко так спрашивает: «Почто вы, добрые люди, моего хозяина так разобидели-разукрасили?» — «За тебя, Евстолия!» — вякнул кто-то позади мужицких спин. — Это из-за тебя — колдовки-икотницы — у нас рожь на солнце горит, трава на корню сохнет!
Повела женщина глазами на людей, а они у неё чёрные… Как антрацит. Затем тряхнула своим факелом, так что искры посыпались, и такую речь повела: «Слышала я, что у иноземцев колдунов да ведьм на кострах жгли. Не такую ли участь вы мне приготовили? Только скажу я вам так: мои братья и сёстры во Христе, спасаясь от антихриста, мученической смерти в пламени не страшились. Добровольно на неё шли. Я готова к огненному крещенью! — А вы?»
При этих словах, которые громом с неба ударили, подалась толпа назад. Дрогнули её ряды, но не поредели. Тем временем соседи сбежались: «Одумайся, Евстолия! Твоя изба полыхнёт — и наши займутся. Всю деревню спалишь! Пожалей наших деток!»
И тут хмель из мужиков стал выходить. Струхнувшие односельчане по одному начали отделяться от толпы и растворяться в душном вечернем мареве. Так что в итоге у ворот остались лишь Евстолия да Михей. Огненные языки уже подбирались к её руке. А она и бровью не вела.