В плену у полуночи [ЛП][Taken by Midnight-ru]

— Если нам и придется это сделать, — сказала Дженна, — то мы просто будем работать еще усерднее. Все вместе.

Рената улыбнулась и ее бледно-зеленые глаза замерцали, пока она застегивала свой кожаный плащ, чтобы скрыть лезвия и оружие, усеивающие ее обтянутые униформой бедра. — Пойдем. Попьем чайку с милыми старушками.

Дженна сочла благоразумным застегнуть и свое пальто, поскольку Брок настаивал на том, чтобы, покидая бункер, она всегда носила с собой оружие. Было странно снова носить огнестрельное оружие, но это ощущалось совсем не так, как тогда, на Аляске.

Все теперь ощущалось по-другому.

Она стала другой и ей нравилась ее новая личность.

А самое главное, она научилась прощать человека, которым она была на Аляске.

Дженна оставила частичку себя в Хармони. Частичку, которую она никогда не сможет вернуть. Но когда она вошла в теплую библиотеку вместе с Ренатой, Дилан и Алекс, она не могла представить себя той женщиной, что была раньше. Теперь у нее есть друзья и важная работа, которую нужно было закончить.

Более того, у нее есть Брок.

Именно эта мысль заставила ее улыбнуться, когда Дилан подвела их к хрупкой пожилой женщине, тихо сидевшей на расшитом розами диване возле библиотечного камина. Туманные голубые глаза пару раз моргнули под пушистой копной белых кудрявых волос. Когда она подняла на них взгляд, Дженна смогла увидеть, несмотря на морщины, то доброе выражение лица с приютской фотографии.

— Сестра Маргарет? — произнесла Дилан, протягивая руку. — Я дочь Шерон Александер, Дилан. А это мои подруги.

— О, Боже, — воскликнула милая монахиня. — Меня предупредили, что ко мне на чай придут гости. Пожалуйста, девочки, садитесь. Ко мне так редко кто-то приходит.

Дилан села на диван рядом с сестрой. Дженна и Алекс сели по обе стороны кофейного столика в потертые кресла. Рената встала спиной к стене, не сводя глаз с двери. Как профессиональный воин она всегда была наготове.

И неважно, что единственными людьми в комнате, кроме них четверых и сестры Маргарет, была пара дам, ковыляющих с металлическими ходунками и носящих ожерелья вызова экстренной помощи.

Дженна лениво слушала, как Дилан пыталась вести светскую беседу с сестрой Маргарет, прежде чем углубиться в цель их визита. Она вытащила несколько набросков, отчаянно пытаясь подстегнуть слабеющую память стареющей монахини. Казалось, все шло не очень хорошо.

— Вы уверены, что ни одна из этих девушек не была воспитанницей приюта? — Дилан выложила еще несколько набросков перед старушкой.

Сестра всматривалась в нарисованные лица, но в добрых голубых глазах не было искорки узнавания. — Пожалуйста, попытайтесь, сестра Маргарет. Все, что вы вспомните, может быть для нас полезным.

— Прости, милая. Боюсь, что моя память уже не та.

Она взяла свою чашку и сделала глоток. — Но я и в то время плохо запоминала имена и лица. Бог счел нужным дать мне достаточно других благословений, я полагаю.