На 127-й странице. Часть вторая [СИ]
- Автор: Крапчитов Павел
- Серия: На 127-й странице #2
- Язык: русский
- Жанр: Альтернативная история
Электронная книга - «На 127-й странице. Часть вторая [СИ]». Краткое содержание книги:
Америка (САСШ), конец 19-го века. Две редакции, газета и журнал, решают послать своих журналистов-женщин в кругосветное путешествие. Главному герою, по воле случая, поручают сопровождать одну из них.
По фантастическому предположению автора параллельные миры отличаются друг от друга, как страницы книги. Чем дальше расположены друг от друга страницы, тем меньше общего в их содержании.
Роман «На 127-й странице» - художественное произведение. Все герои и события выдуманы, а возможные совпадения случайны и не намерены.
Пожилой чиновник отошел назад, а его слуги стали рядом с ним, по бокам. Как видно, холодное оружие было у них в большей чести, чем огнестрельное. Левой рукой каждый их них поддерживал ножны сабли, висящей на боку, а правая рука была на эфесе. Дернусь, взлетят вверх клинки и прощай моя вторая жизнь. Нападать по одному они не будут. Увернусь от одного, получу от другого. Вряд ли я переживу удар заточенной железякой. В последний раз мне хватило бутылки виски по голове.
- Вам надо это выпить, - сказал Вирасингхе, указывая на бутылочку. – Это – яд, но, как говорят у нас, ласковый. Вы просто заснете и не проснетесь. Никакой боли или других неприятных ощущений.
- А если не выпью? – спросил я.
- Вас зарубят мои слуги, - сказал пузан. – Поверьте, они это могут. Мой совет - выпейте.
- Хорошо, - сказал я. Подошел к бутылочке, поднял ее с земли и сделал два шага назад, а затем еще два. Лишнее расстояние мне не помешает. А потом…
А потом я сделал два движения. Достал из нагрудного кармана пиджака китайские костяные карты, подарок Генриха и вылил на них содержимое бутылочки.
- Ну что же…, - скривился Вирасингхе и что-то крикнул своим слугам. Те бросились в мою сторону, но было поздно.
Первая, брошенная мной китайская карта, попала в горло слуги, стоящего справа от пузана. Тому, что слева, карта воткнулась в щеку. И никакой ласки. Тела охранников выгнуло дугой, из открытых, пытающихся глотнуть воздуха, ртов, пошла какая-то желтая субстанция, а их кожа потеряла природный темный оттенок и стала белой, как мелованная бумага.
- Никакой боли? – я посмотрел на Вирасингхе. – Никаких неприятных ощущений?
- Ты должен был страдать, - тихо сказал пузан. – Также, как страдали моя жена и дети.
Я метнул третью карту. Карта попала в лоб чиновника и отскочила. Вирасингхе, вытаращенными от ужаса глазами, смотрел на меня. Потом он что-то прокричал, выхвалил из ножен свою маленькую сабельку и бросился на меня, но спотыкнулся о камни и упал. Когда он наконец поднялся, я метнул последнюю карту и почти промахнулся. Карта только чиркнула Вирасингхе по уху, но этого хватило. По его щеке обильно потекла кровь. Тело главы муниципального совета города Коломбо выгнулось до хруста в старых костях, он успел что-то крикнуть тонким, почти детским голосом и затих.
Природа вокруг не заметила нашей стычки. Звуки жизни неслись из травы и деревьев. Шумела в ущелья невидимая речка. Я вышел из «сна». Стараясь не смотреть в широко открытые глаза одного из слуг, отцепил с его пояса широкий ремень, на котором висела кобура и сабля. Затем приладил его на себя. В кобуре оказался револьвер, похожий на тот, что был у Деклера, но с более коротким стволом. Барабан был полон, шесть патронов. Сабля повисла слева.
«Будет бить по ноге при ходьбе,» - подумал я. – «Ладно потом выброшу». – Пообещал я себе и зашагал вниз по тропинке. Стремительно опускались сумерки, и надо было торопиться.
Сцена 98
До основной дороги я не дошел. Спускаться по горной тропинке оказалось труднее, чем подниматься. После того, как у меня пару раз на камнях подвернулась нога, а один раз я даже упал, спотыкнувшись, пришлось остановиться и дождаться утра.
Вирасингхе говорил, что диких зверей вокруг города почти не осталось. Но, во-первых, слабо успокаивало слово «почти», а, во-вторых, этот человек оказался склонным ко вранью. Поэтому я выбрал дерево постройней и забрался на него. Ветки дерева оказались со множеством мелких и коротких сучков, которые царапались и кололись не хуже иголок. Я устроился на развилке крепких веток, на высоте метров двух и посчитал, что так более или менее обезопасил себя от опасностей окружающей меня дикой природы. Саблю с ножнами я бросил вниз еще в самом начале своего восхождения на дерево, уж больно она мешалась. Да и махать ею среди веток было бы затруднительно. В конце концов, у меня еще оставался револьвер в кобуре с шестью патронами. Поэтому сабля полетела вниз. Подберу завтра.
Я вытащил из брюк свой ремень, зацепил за пояс, который позаимствовал у одного из охранников, и привязал себя к толстой ветке. По крайней мере такое крепление не даст мне упасть, а там проснусь.
Я закрыл глаза, но сон, настоящий, а не чудесный с суперспособностями, не шел. В голове крутились сразу с десяток мыслей. Ни на одной я не мог сосредоточиться, от чего где-то в глубине живота скручивались, а потом раскручивались маленькие вихри. Сна не было ни в одном глазу.
Помогли комарики. Эти мелкие садисты стали кусать меня в открытые участки тела, а их укусы сильно чесались. В кармане пиджака я обнаружил сигару, которую мне еще на «Пасифике» подарил Томпсон, и которую так и не использовал. Я откусывал маленькие кусочки сигары разжевывал, кривясь от горечи во рту, а потом, получившейся кашицей, смазывал покусанные руки, шею и лицо. Не знаю, помогло ли это мне в борьбе с комарами, боялись ли они вкуса сигары, также как ее дыма, но вся эта суета: с разжевыванием табака и размазыванием по открытым участкам тела - отвлекла меня от беспокойных мыслей, и я не заметил, как заснул.