Навечно разрушен [ЛП]

Внезапно позади нас появляются фары. Машина Карсона сворачивает на подъездную дорожку и исчезает в гараже.

Я открываю дверь, чтобы выйти, но Джейс тянет меня за руку. Я пристально смотрю на него.

— Будь осторожна, Эл. Я не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал.

Я быстро киваю, не зная, что сказать ему в ответ. Выхожу из машины, и когда захожу в дом, там совершенно темно, и если бы я не видела, как подъезжает Карсон, я бы никогда не догадалась, что он здесь.

— Эй? Карсон? — крикнула я, слепо пробираясь через дом. — Мог бы включить свет… — я ударяюсь ногой о стул и чуть не лечу через всю комнату.

К счастью, я удерживаюсь за угол и включаю свет. Через минуту мои глаза привыкают, я стою на кухне… и я не одна.

— Карсон? — на барном стуле с налитыми кровью глазами и растрепанными волосами сидит сам мужчина, щеголяя полупустой бутылкой виски в руке.

— Единственный и, блять, неповторимый, — лениво отвечает он, делая глоток из бутылки, явно пьяный.

— Как, черт возьми, ты добрался домой? — я осматриваю его тело на синяки, но их нет.

— На машине, — он ухмыляется.

— Ты пьян, зачем подвергать опасности другие жизни?

Он со смехом откидывает голову.

— Я чертовски плохой парень. Вождение в нетрезвом виде — наименьший из моих гребаных грехов.

Мое сердце падает от его дерзости.

— Карсон…

Он вскидывает голову, как будто только сейчас заметил, что я в комнате.

— Элайна… — он неуклюже встает с табурета и направляется ко мне.

— Эй, здоровяк, давай уложим тебя в постель, ладно? — я обнимаю его за талию, чтобы поддержать.

Это бесполезная попытка, потому что мы оба все равно падаем. Наши глаза не отрываются друг от друга.

— Mio angelo… — он гладит меня по щеке. — Sei Bellissima*.

— Ты пьян, Карсон, и от тебя пахнет сигаретами и дешевым спиртным. Пойдем спать, ладно?

Он проводит рукой по моей щеке.

— Я бы с удовольствием лег с тобой в постель. Я бы трахнул тебя так, как ты можешь только мечтать, — внезапно его лицо мрачнеет, и он быстро убирает руку с моего лица. — Нельзя прикасаться к запретному плоду, — шепчет он, легко вставая и поднимаясь по лестнице в спальню.

Целую минуту я лежу на полу, обдумывая, что мне делать. Хоть он и идиот, я не хочу, чтобы он умер, захлебываясь собственной блевотиной.

Я тащусь вверх по лестнице, ожидая увидеть его распростертым на кровати, потерявшим сознание в приступе храпа. Чего я не ожидаю, так это увидеть его сидящим на кровати и глядящим в окно. Словно уже полностью пришел в себя.

— Ты не должна была лгать ради меня, — говорит он, все еще глядя в окно.

— Знаю, — отвечаю я, прислоняясь к двери.

— Так зачем же ты это сделала?

Я не знаю, что ответить, поэтому молчу.

— Никто никогда не делал такого для меня.

— Что?

— Не ставил собственный зад на кон ради меня, как ты это сделала.

— Ну, думаю, справедливо, если я буду время от времени спасать тебя, — я пожимаю плечами, направляясь к кровати, чтобы сесть рядом с ним.