Север [СИ]

- Север, кто он?.. - прошептала я, прижимаясь у груди Бера и с удивление отмечая, как колотиться его сердце. Я поверить не могла, чтобы все братья в одночасье испугались одного Бера! Даже Лютый, глаза которого впервые стали размером с морозное блюдце.

- Брат Лютого... - прохрипел Север, отчего я удивленно моргнула, находя сходство во внешности.

- У Лютого есть брат?

- Оказалось что есть...

- Оказалось?

- Боюсь, что сам Лютый не догадывался об этом...

Вот это вам медвежья Санта-Барбара! Даже попкорна не нужно, чтобы случайно не поперхнуться! Потому что умереть, не досмотрев это фееричное шоу до конца, будет непростительным богохульством!

- Но как он мог не знать?...

-Я предполагаю, что Лютого изгнали из рода до его рождения, - приглушенно пробормотал Север за моей спиной, прижимаясь сильнее и заключая мои руки в свои ладони, чтобы согреть.

Сказать, что Лютый был в шоке - это не сказать ничего.

Его и без того светлая кожа стала просто белее снега, когда Бер снова отшатнулся от своего брата, словно перед ним появилось приведение.

- Я ждал твоего возвращения 30 лет... - приглушенно проговорил четвертый воин, скованно остановившись и не пытаясь снова приблизиться, пока его избитые воины поднимались на ноги, становясь за спиной кровного брата Лютого, и явно готовясь ко второй волне кровавого сражения. Вот только в поведении и голосе Белого брата не было вызова или агрессии. Его голубые глаза смотрели на Лютого с едва сдерживаемыми эмоциями, словно он был не огромным воином, а радушным мальчишкой, который не мог поверить собственному счастью.

- Много раз я сбегал, пытаясь разыскать тебя, но отец всегда находил меня вперед и возвращал обратно...

Лишь в этот момент взгляд Белого брата упал на окровавленное едва дышащее тело своего отца, когда Бер просто застыл на полуслове, и грудь Севера за моей спиной напряглась, а дыхание снова изменилось, став звериным и отрывистым.

Замерев в ожидании его крика и всплеска ненависти, я не моргая смотрела в голубые глаза, что были так похожи на глаза Лютого, только не несли в себе лед и ярость, когда светлые брови Бера удивленно приподнялись, когда он посмотрел на Севера и взлетели вверх, увидев меня, в крови его отца с рыбьей костью в трясущихся от холода руках.

Пару раз Белый Бер пытался что-то сказать, закрывая и открывая рот, рассматривая в звенящей от напряжения тишине остальную часть нашей, в прямом смысле разношерстой компании, когда наконец снова перевел взгляд на своего брата, что продолжал находиться в полном ступоре, тихо проговорив:

- Чтобы не привело тебя к нам, я рад в любом случае твоему возвращению, брат...

Его воины покосились на него странно и явно недовольно, когда он обратился ко мне, говоря так осторожно, словно подбирая каждое слово, если бы я была гранатой без чеки: