Маленькая Рита

— О, этот кабачок пора закрывать, — улыбнулся Матиас, также заботливо придерживая меня. — Рита ты уверена, что он хочет тебя видеть? В таком состоянии?

— Нет, не хочет, — я шмыгнула носом, — он с женщиной. Он её сейчас хочет.

— С бывшей, что ли? — удивлённо спросил мой ночной спутник и, кажется, спаситель. — Откуда ты знаешь?

— Я её слышала. Я слышала её противный… ну просто ужасный голос: «Вальтер! Иди сюда!» или что-то типа такого, — я передразнила несчастную незнакомку из Германии на русском и продолжила на безобразном немецком, напрочь отпустив акцент: — Ты понимаешь, у него две страны и две женщины. Я и она. Она и я.

— Рита, что с тобой? — Матиас, нахмурившись, как доктор на осмотре, осторожно взял моё лицо в тёплые ладони и всмотрелся в глаза: — Тебе ведь совсем плохо.

— Заботливый Матиас, это что-то новенькое и неизведанное! Хочешь меня такую? — я схватилась за полы платья и криво ухмыльнулась.

— Рита, давай-ка руку покрепче, загрузим тебя и скорее отсюда. Будет совсем дурно, говори.

— Боишься за свою дорогую тачку?

— О, боже мой… — Фогель вздохнул и осторожно повёл меня к машине.

— Матиас, расскажи мне про налоговый суверенитет, — строго попросила я у двери авто, еле выговорив «Ertragshoheit». — Чёрт, немецкий язык совсем не приспособлен для подвыпивших людей! Попробуй выговори всякие ваши «Sehenswurdigkeiten»! — резко расхохоталась я, но вдруг будто окаменела: кнутом ударили воспоминания о той поездке в полицию с Вальтером, который рассказал мне шутку Макса про «достопримечательности». Матиас добавил жару:

— Sehenswurdigkeiten — проще простого. Рита, садись, очень тебя прошу, — он открыл передо мной дверь.

— А обещаешь рассказать про двойное налогообложение?

— Oh, Gott! — Фогель снова тяжело выдохнул и в который раз из-за меня помянул всуе господа. — Да, про всё, что хочешь!

Дорога домой… ох, я ведь успела уснуть прямо в его «Опеле». А что потом? Ах да, уже в квартире мне звонил Зенф — убедиться, что я в порядке и дома. Порядка особого он, наверняка, не услышал, но трубку перехватил Фогель и заверил Макса, что я в безопасности. Потом… Какие-то обрывки с Матиасом, его обещание тотчас же уехать. И, что более невероятно, обеспокоенный взгляд. Таким я его совсем ещё не знала.

Ужасный вечер получился. Зачем же я столько влила в себя, если не знала, что будет и какой буду я…

Я приподнялась на локтях, приведя себя в относительно вертикальное состояние, и сразу почувствовала: всё выпитое и съеденное вчера как будто заполонило от самого горла до солнечного сплетения и сейчас требовало самого неприятного выхода. Моя рука зажала рот, а нос долго вбирал воздух, пока я медленно опускалась на плоскую подушку.