Она тебе не удалась.
Ошиблась ты во многом, Антифила:
Нужны мрачней и безысходней краски,
Чтоб столь большое горе передать.
Срисуй ее с Аспасии несчастной:
Во всем я схожа с жертвою Тесея,
Хотя и не безлюден остров мой.
Изобрази, как я, ломая руки,
Стою на берегу, и ветер, дикий,
Как этот берег, косы рвет мои.
Пусть все вокруг отчаянием дышит,
А я сама всем обликом своим
Напоминаю изваянье Скорби
(Коль ведомо тебе, что значит скорбь).
Пусть позади виднеются деревья,
Иссохшие, угрюмые, нагие,
А подо мною от ударов волн
Утесы стонут. Вот какой должна бы
На вышивке страдалица предстать.
Олимпия
Ах, госпожа...
Аспасия
Теперь я все сказала.
Давайте сядем, и вперим глаза
В работу, и хранить молчанье будем,
Пока печаль не снидет в сердце к нам.
Входит Калианакс.
Калианакс
Царь вправе сделать так, но он неправ.
За что мое дитя обиду терпит? —
А вы, служанки, почему расселись?
За дело, потаскушки! Вот я вас!
Олимпия
Мой господин...
Калианакс
Ленивые кобылы!
Вон, или я найду, чем подстегнуть
Двух этаких бездельниц норовистых.
Антифила
Нам ваша дочь велела здесь остаться,
Чтоб вместе с нею погрустили мы
Об участи ее...
Калианакс
Ах, этот юный,
Но низкий и уже коварный раб!..
Ну ладно, убирайтесь!.. А мерзавца
Пора мне покарать на поединке,
Чтоб смелость доказать свою, хоть я
Слыть забиякой с юности не жажду.
Охота же быть этому ослу
В чужой охоте лошадью заслонной?
Что ж, мне придется смелости набраться
И взбучку дать щенку, а заодно
Прижать его приятеля-вояку:
Он дважды задевал меня, наглец.
Хвала богам, теперь обрел я смелость.
Марш, вы, лентяйки! С вами я иду.
