Цапля для коршуна

Поторопить Елену он решил сам. Время в запасе было, но женщины склонны затягивать со сборами. Стукнул в дверь и вошел, не дожидаясь ответа, уверенный: Елена не рассердится. К светским условностям гостья относилась проще гадарских дам. Зато ограничений личной свободы не терпела. Хорошо хоть, перестала возражать против свадьбы. Лаэрт обещал, что рэйда Герд не будет жить в казармах при училище, а аудиторную учебу ей заменят частные уроки на дому. Рэйди Дювор на такое исключительное отношение рассчитывать не могла. А если вернется Леннея…

Думать об этом было тяжело. Что ж, нынче он вправе позволить себе маленькую слабость. Нынче все его тревоги — о другой невесте.

Елена сидела на диване с лилиями, болтала с Лисси, и одинокий солнечный луч верным псом лежал у ее туфелек. При виде Диона служанка вскочила, суетливо расправляя широкий подол. Елена отпустила ее и сама плавным движением поднялась ему навстречу.

Полностью готовая.

Платье традиционного кроя, плотное и глухое, очерчивало естественные контуры тела. Никаких стягивающих поясов и многослойных юбок. Казалось, под матовой, чуть шероховатой тканью вовсе нет белья, и это делало точеную фигурку более соблазнительной, чем самый открытый вечерний наряд.

Или дело в распущенных волосах? Он никогда не видел Леннею простоволосой — только в детстве. А сейчас Елена стояла перед ним, и две густые рассыпчатые волны, два потока в каштаново-шоколадных переливах стекали по хрупким плечами. Было в этом что-то настолько откровенное, вызывающе интимное, что его мужское естество невольно отозвалось.

Взметнув тонкие руки, Елена откинула волосы за спину. На прелестном юном личике со взрослыми глазами мелькнула досада:

— Мешают.

— Но смотрятся чудесно, — ответил Дион с любезной улыбкой.

Буйную роскошь волос сдерживал только венок из васильков, мелких полевых маков и ромашек. Ноздрей Диона коснулась смесь цветочных ароматов, на губах проступил знакомый горьковатый вкус. Льгош! Когда-то маленькая Леннея зачаровала его своими ромашками. Давно следовало понять, что дар в ней не исчез, а лишь уснул на время… И теперь проснулся сам собой? Или это Елена разбудила его?

От комплимента она отмахнулась. Окинула его пытливым взглядом:

— Не мое дело, конечно, но зачем ты надел эту штуку?

Маску она не любила, кажется, больше самого Диона.

Он улыбнулся:

— Не хочу пугать людей. Все-таки свадьба. И невеста — красавица.

Елена не приняла шутливого тона.

— Извини, что говорю в лоб, но у нас твоя маска шокировала бы народ на улице куда больше пиратской повязки и шрамов. Правда, у нас ты бы вставил искусственный глаз и сделал пластическую операцию. Здесь так нельзя?

Хороший вопрос. Дифен вместо глаза? Стоило посоветоваться с Айделем.

— А если красавица-невеста, — добавила Елена, вдруг лукаво блеснув глазами, — счастлива рядом с тобой, несмотря на шрамы, тут не стесняться надо, а гордиться.