Белый конь на белом снегу
- Автор: Скрыпник Александр Петрович
- Год: 1985
- Язык: русский
- Год: Правда
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - «Белый конь на белом снегу». Краткое содержание книги:
За восемнадцать лет работы в «Правде» Александр Скрыпник объездил всю страну от Балтики до Сахалина, от Бухты Провидения до Кушки, встречался с множеством людей. Герои его очерков — не выдающиеся деятели. Это простые люди, на которых, как говорят, земля наша держится: сталевар и ткачиха, сторож на колхозном току и капитан рыболовецкого сейнера, геолог и лесоруб. Но каждый из них — личность.
Об их жизни, их труде, победах и потерях, об их страданиях и борьбе за правду в этой жизни, об их душевном мире и беззаветной преданности делу эта книжка.
Книга выходит под редакцией В. Парфенова
Вступительная статья И. Шатуновского.
Но конечно же, они мечтали о рекордном улове. О таком, например, как взяли когда-то на «Горностае» — шестьсот центнеров. Правда, они ловили под самолет и замёт сделали на небольшой глубине. Больше всех почему-то бредил рекордом матрос Валерий Микумов. Он учится заочно в мореходке, и старпом Виктор Межерицкий, который помогает ему выполнять задания, недоумевает:
— Не понимаю, Микумов, зачем тебе рекорд? Ну, большой улов, большие деньги, а ты парень холостой — деньги тебя испортят.
— Не в деньгах счастье, — на полном серьезе отвечает Микумов. — Вот если рекорд дадим, о нас по радио сообщат, а где-то кто-то услышит.
— А где-то кто-то, — понимающе кивает Межерицкий. — Это другое дело. Но учиться все равно надо. Так давай-ка ты садись за чертежи.
Раз в десять дней — аврал по уборке судна. Уж очень хочется им, чтоб оно так и осталось новехоньким. Попривыкли к нему. Жучка и та по своим делам ходит в определенное место. Ну и, конечно, баня, потом чай в кают-компании. Иван Чигиринских бережно ставит на колени аккордеон, а уж гитаристы — каждый второй.
Во один из первых дней октября на судне шла обычная размеренная жизнь. Капитан ушел к себе пить чай. На ходовом мостике в рулевой рубке стоял на вахте штурман Сергей Набока. Акустик Саша Дарыкин спокойно сообщал, что, кажется, нащупал косяк. Олег не успел еще допить чай, как Набока взволнованно позвал:
— Просьба командира подняться на мостик.
Капитан, как был со стаканом в руке, вылетел наверх. Ему было достаточно глянуть на приборы, и он понял — очень большой косяк. Скомандовал аврал. Отдали невод. Рыба ходила по нему и, казалось, что вода кипела в кошельке. Неподалеку промышлял траулер «Ракитин». Капитан с ноткой зависти сообщил:
— На «Камышевске», у тебя полный невод рыбы.
На «Камышевске» не успели ответить. Было 16 часов пополудни. Вечерело, и морем шла тревожная волна. Они осторожно подбирали невод. Лебедка работала на пределе. Плохо было то, что под ними большая глубина. Они сообщили на плавбазу: улов не меньше пятисот центнеров. Их записали на очередь, и они стали ждать. К ночи ветер усилился. Никто не спал. Мечта сбывалась — рекордный улов.
Плавбаза подошла только в шесть утра. Волна била уже не шуточная. Стали посылать в кунгасы рыбу из кошелька. Удалось взять только пятьдесят тонн. Сливная часть невода лопнула, и рыба ушла.
Трое суток они «зализывали раны», приходили в себя, приводили в порядок снасти. Напряжение снял за обедом в кают-компании сам капитан:
— Ничего, братцы. Это же наш первый рейс. Сколько будет еще таких косяков? Ведь мы снова с вами пойдем.
Команда дружно загудела. Молчал один только второй механик Есауленко, но все знали — у него побаливало сердце.
...Они вернулись в порт при полном триумфе, пробыв в открытом море четыре месяца. Их встречали торжественно. Сам начальник базы, жены, детишки махали им с берега, а пионеры на встрече уже в кают-компании пели для них песни и читали стихи. В стихах этих капитана больше всего удивляло, как они умело рифмуют его скромную фамилию.
В предновогодней суете быстро промелькнуло время. Но они успели уже определиться, что и как. Кто списывается, кто остается. Оставались все. Еще бы: Микумов один за время экспедиции заработал почти четыре тысячи рублей.
— Куда ты будешь девать такие деньги? — спрашивал его Межерицкий.
— Как куда, — серьезно отвечал Микумов, — мне проще, я холостой, а вот вам всем как.
...Один только Есауленко списывался на берег.
Рано-рано утром капитан Ходосов в своей дохе и мохнатой шапке, похожий на большого доброго медведя, спеша на судно, решил забежать к жене в роддом. Они ждали ребенка. У пристани неожиданно столкнулся с Есауленко. Рядом стояла женщина.
— Это моя жена, — пояснил Есауленко. — Семеныч, я снова к тебе: не спишусь на берег. Вот посоветовался с женой.
— А сердце?
— Представь, за всю экспедицию ни разу не кольнуло. И потом, видишь, сколько мне не везло, а тут.
— Ну так я рад.
Капитан шел к роддому, удовлетворенно поглаживая большущую лопатой бороду, слушал, как по радио из Москвы передавали последние известия, и вдруг почему-то подумал: «Надо же, у них там еще вечер, а мы уже работаем...»
1981 г.
Несгибаемый
— Корреспондент «Правды»? Встретиться? Гм-гм... Не знаю, не знаю. У меня — ни минуты свободного времени. Все расписано. Сейчас? Нет, сейчас не могу: уезжаю останавливать Печорскую ГРЭС...