Всеволод Бобров

Выше мы говорили, что переход Боброва в ВВС не был обусловлен материальным фактором. Нужно, однако, реально смотреть на вещи. В воспоминаниях друзей и партнёров всегда отмечалась щедрость Всеволода. Нередко бывало, что в ресторанах он закрывал счёт за всю компанию, не отказывал в денежной помощи друзьям и знакомым. Наивно полагать, что делать такие широкие жесты позволяло исключительно офицерское жалованье. Премии от патрона перепадали его любимцу частенько. Другое дело, что Бобров — широкая душа — легко расставался с деньгами, не складывал их в кубышку. И на все прочие блага Всеволод взирал вполне равнодушно, поскольку и квартира, и автомобиль у него уже имелись, а семьи, семерых по лавкам, не было.

Вплоть до второй женитьбы вся мебель в его доме была казённой, полученной при заселении в квартиру в домоуправлении. Столь же непритязателен был Бобров в одежде и еде. В книге Анатолия Салуцкого читаем: «Он не любил модную одежду, хотя всегда одевался очень аккуратно, и в шестидесятых годах отдал в ателье перелицевать своё пальто, которое носил с конца сороковых.

С тощих военных лет Всеволод очень любил жареную картошку. Когда он приходил в кафе “Артистическое”, расположенное против Художественного театра, где его хорошо знали, шеф-повар немедленно готовил это фирменное бобровское блюдо».

При этом Всеволод Михайлович отнюдь не являлся аскетом. Время от времени он наведывался в свой любимый ресторан «Астория» на улице Горького (ныне — вновь Тверской), где и отводил душу, поскольку в гастрономических изысках знал толк. Это были «именины сердца», но никак не повседневность.

Однако мало кто ещё из спортсменов имел такие жилищные и материальные условия, как Бобров. Едва ли не все нуждались, поэтому попасть в ряды спортклуба ВВС считалось большой удачей.

Андрей Сухомлинов отмечал: «Пользуясь своим положением и возможностями, генерал Сталин немало сделал для спорта и спортсменов. Страна, не оправившись после страшной войны, жила бедно, никто и не мечтал об улучшении жилищных условий, а могущественный генерал предоставлял жильё приходившим в команды ВВС в районе бурно застраиваемых тогда Песчаных улиц или на Хорошевском шоссе, где появлялись коттеджи, построенные пленными немцами.