Живые [Сборник litres, книги 1-4]

– Ну да, у меня даже чистые вещи есть, – срывающимся голосом проговорила Таис и откинулась на подушку.

Тошнота все еще стояла в горле, а руки оставались липкими от собственной крови. Штаны, майка, диван – все было в красном, теплом и липком.

– Вот и отлично. И тут наверняка что-то есть. Сейчас отмоем тебя, и я поищу.

Осторожно, стараясь не дергать, Федька закрыл рану марлевой салфеткой, после заклеил лейкопластырем.

– Красота. Лейкопластырь какой-то детский, с рисунками. Но был только такой. Посмотри, нравится?

– Нет, – буркнула Таис и попробовала подняться.

Стены качнулись, в глазах на короткое время появился туман. Но тут же все стало на свои места. Комната просторная, с диванами, планшетами – большими, мощными. С беленькой лазерной печкой и раковиной. Кофеварка, соковыжималка. Даже маленький гриль для мяса.

Две двери – за одной Таис заметила коричневую керамическую плитку и розовый край раковины. За другой, прикрытой, видимо, была спальня. Хотя кто знает…

– Это каюта, – пояснил Федор, заметив, как Таис оглядывает комнату.

– Я хочу помыть руки, – проговорила Таис.

– Я помогу. У тебя в рюкзаке вещи? Те, что ты на складах прихватила? Давай посмотрим, что там.

Он резко нажал на экранчик сбоку Таисиного рюкзака, и молнии разъехались. Вытряхнул содержимое прямо на ковер, вытянул пару чистых маек, пижамную кофту, полосатую, со смешной картинкой. Улыбнулся.

– Пойдет. Пошли, я приведу тебя в порядок.

– Может, я сама…

– Без разговоров. Не хватало, чтобы ты грохнулась там в обморок и я накладывал скобы еще тебе на голову. Пошли, а то ты еле на ногах стоишь. Бледная, как наволочка на той подушке, где только что лежала. Крови из тебя вытекло порядочно, скажу я тебе…

Федор, поддерживая Таис, завел ее в ванную. Щелкнул рожком крана, быстро задал нужную температуру. Медленно и осторожно стянул с Таис майку и выкинул в угол. Немного неловко было стоять перед ним голой по пояс, но голова кружилась, плечо немного ныло, и действовать раненой рукой Таис не могла. Как бы она помылась сама?

А Федор даже не смутился, будто каждый день мыл девушек в душе. Намылил гелем для душа мочалку и осторожно стал обтирать тело и руки Таис.

– Не замерзла? – хмуро спросил, повернулся, сполоснул мочалку и уже чистой снова обтер Таис по пояс.

Лезть в душ полностью Таис не могла. Она поняла, что еле стоит, стены качаются и на глаза наплывают слезы.

– Ты что, плачешь? – удивился Федор. – Все же закончилось хорошо.

– Я устала, – пробормотала Таис, – и замерзла.

– Вытирайся… Вернее, придется тебя вытирать. Все вечно приходится делать за тебя… Да не дергайся, я осторожно…

Федор натянул на Таис чистую майку, снова подхватил ее на руки и отнес в соседнюю комнату, которая действительно оказалась спальней. Устроил на широкой кровати, накрыл пледом. Сам сел рядом и сказал: