Полное собрание сочинений. Том 3
- Автор: Новиков Павел Александрович
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Философия
Электронная книга - «Полное собрание сочинений. Том 3». Краткое содержание книги:
Плюс к этому, скрытое мышление объясняет наличие бессознательных операций и действий, таких, как ходьба, разговор (в большинстве же случаев мы не думаем, какое именно слово сейчас сказать), «подсознательные» операции, такие, как печатание, писание, какие-то односложные действия (например, выполнение одной и той же операции на конвейере). Как уже было отмечено, такого рода действия ни в коем случае нельзя относить к подсознанию, они относятся к скрытому мышлению и именно там имеют свои корни, порою проявляясь в «открытое мышление» и вновь «уходя» обратно.
Кстати, если уж говорить о терминологии, иногда скрытое мышление я буду именовать предсознанием. Таким образом, вышеприведенные действия не подсознательны, а предсознательны. Само собой, нельзя путать предсознание и подсознание; это совершенно разные вещи. И вообще, что касаемо названия, то логичнее было бы переименовать эти структуры: предсознание назвать подсознанием и наоборот, с точки зрения звучания так было бы проще. «Пред», т.е., перед сознанием говорит об иерархии структуры, о предшествовании чувств мышлению. В свою очередь, что идет под открытыми мыслительными операциями, что, как бы, скрыто ими, понятней было бы назвать подсознанием. Но в виду сложившегося понимания подсознания, я не буду создавать путаницы и оставлю все так, как есть. Впрочем, хватит о словах, пора поговорить и о деле.
Взаимодействие открытого и скрытого мышления
На самом деле, с точки зрения работы сознания никакой разницы здесь нет, это одна и та же структура; об этом говорилось в прошлой главе. Такое деление на открытое и скрытое мышление, на сознание и предсознание условно; разница лишь в том, что открытое мышления я «вижу», а скрытое – нет. Но здесь возникает два вопроса: 1) почему скрытый образ становится открытым и 2) что означает открытость образа. И именно эти вопросы будут решаться в данной главе.
Что касаемо первого вопроса, то открытыми становятся те образы, которые обладают относительно наибольшим приоритетом (об этом нетрудно догадаться, исходя из самого простого наблюдения). Или, если говорить простым языком, открытыми становятся те мысли (а точнее – части мыслительных цепочек), которые человеку важны более всего. И чем проблема (да и вообще любая мысль, хотя с проблемами и нагляднее) весомее, тем она виднее. Сравните решение таких задач, как ходьба и какая-нибудь жутко важная математическая задача. Первое, как правило, вообще не заметно и становится видимым только тогда, когда просто идти не получается (препятствия вроде ям и луж); второе видно если и не полностью, то во многом, вплоть до отдельных ассоциативных связей (ведь обычно понятно, откуда какая мысль берётся, т.е. логика поиска решения человеку ясна). Но, как видите, на работу сознания это никак не влияет.
Отсюда следует несколько выводов: если параллельные образы обладают достаточным приоритетом, они оба будут открытыми, даже если они антиномны (вспомните тот же пример с выбором). Второй вывод: не существует определенного количества мыслительных операций между двумя образами (некая цикличность), которые становятся открытыми. Ведь действительно, достаточным приоритетом могут обладать и образы, связанные одной мыслительной операцией («белый стол» → «белый») и десятками или, может быть, даже сотнями мыслительных операций (к примеру, воспоминание). Третий вывод, проистекающий из прошлого: образы становятся открытыми через разные промежутки времени. К примеру, если я устал, или если я засыпаю, в голове у меня будет «каша»: отрывистые, неясные образы, полностью открытый образ здесь может появляться раз в несколько секунд. Но может быть такая ситуация (быстрая речь), когда образы будут открытыми несколько раз в секунду. Хотя, как видим, варьирование не такое уж и большое, обычно, я думаю, в пределах 0,1 … 5 Гц (или близко к тому).
Ввиду условности разделения на скрытое и открытое мышление, возникает такое явление, как, грубо говоря, «полуоткрытость» образа (тот самый кузнечик, у которого в прыжке показалась только голова). Т.е., наличие образа чувствуется, он, в общем, видится, но не полностью, причем так, что его можно как раскрыть до открытого образа, так и не раскрывать. Типичный пример здесь – всё те же образы, которые проносятся у нас, когда мы что-либо вспоминаем: некоторые затем мы можем открыть, некоторые же нет. Или если, например, параллельно слуховым образам идут зрительные. Затем мы можем открыть эти образы, а можем и не открыть, в зависимости от того, насколько они открылись ранее (т.е. какой у них приоритет был и какой остался).