Зет

— Что ты городишь всякий вздор! Какое управление?

Журналисты многозначительно переглянулись.

— Молчи лучше, ты же правая рука жандармского начальника в Орэокастро, — выпалила она.

— Ступай к себе на кухню, — приказал ей рассерженный старик и потом сказал журналистам: — Мой племянник Стратис не имеет к делу Зет никакого касательства... Он помогает мне строить дом.

— А знает он Янгоса Газгуридиса? — спросил Антониу.

— Как не знать! Они ведь выросли вместе. Однолетки.

— Племянник не рассказывал вам, о чем он говорил с Вангосом, когда повстречался с ним ночью?

— Нет. Я не слышал даже, что он встретил Вангоса.

Журналисты готовы были уехать не солоно хлебавши — может быть, Стратис и не был загадочным сфинксом, — как вдруг он собственной персоной вышел из-за кустов, ведя под руку свою больную мать. Увидев фиат перед домом, Стратис встревожился.

— Это опять вы?

— Да, мы, — сказал Антониу. — Ты солгал нам, будто не знаешь Янгоса. А твой дядюшка утверждает, что вы выросли вместе.

— Я не говорил, что совсем с ним не знаком. Я сказал, что плохо его знаю. А если мы выросли вместе, это еще не значит, что мы друзья.

Стратис усадил мать на стул в тени дерева.

— Войдите в дом, — пригласила тетушка, стоявшая на пороге. Длинные косы у нее были уложены венком вокруг головы. — Зачем жариться на солнце.

Журналисты вошли в дом. Сели на скамейку в большой комнате, убранной вышитыми домотканными дорожками.

— Так где же ты был сегодня? — спросил Антониу.