367 дней

— Даже у хороших людей есть пунктики.

— О, неужели? — спросила я, подразнивающая улыбка появилась на моих губах. — Ты хороший мужчина. А у тебя есть какой-нибудь пунктик на меня?

— Чёрт, конечно у меня есть пунктик.

— Хм, — произнесла я, обвив руками его шею, притягивая его впритык к себе. — И что же это за пунктик?

— Тот же, что и был всегда, — сказал он, его глаза стали горячее, а улыбка более злой. Кончики его пальцев, дразня , проследовали к моей попе.

— Что же это? — спросила я, моё тело уже было готово для него.

— Взять тебя и держать голой так долго, как это возможно, — сказал он мне низким рычанием.

— Ох, мерзость, — заявила Бенни, которая вышла в гостиную, только чтобы убежать обратно в свою комнату.

Мы оба сделали глубокий вдох и выдохнули в унисон, учитывая, что мы были родителями, и время для обнажёнки обычно было поздним вечером, ранним утром в душе, или в редких случаях, если все дети куда-либо отправлялись на выходные.

Но всё в порядке.

Между нами до сих пор есть та страсть, что была всегда.

И иногда ожидание делает её даже лучше.

— Никогда не думал, что смогу любить тебя больше, чем тогда, когда я увидел, что тебя привозят из операционной обратно в палату, — сказал он мне, наклонившись вперёд и прижимаясь губами к моему лбу.— Но я люблю тебя всё больше с каждым грёбаным днём.

Ага, он так и не перестал сквернословить.

И дети выросли вполне нормально, хотя ему не всегда удавалось сдержать свои «бл*дь» и «дерьмо».

— Я тоже люблю тебя, — согласилась я, подавшись вперёд и быстро целуя.