Избранные произведения. I том
- Автор: Гуин Урсула К. Ле
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: Ирина Алексеевна Тогоева
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Избранные произведения. I том». Краткое содержание книги:
Урсула Ле Гуин повлияла на таких маститых писателей, как Салман Рушди, Дэвид Митчелл, Нил Гейман и Иэн Бэнкс. Ей неоднократно присуждали «Хьюго», «Небьюлу», «Локус» и Всемирную премию фэнтези. В 2014 году ее наградили Национальной книжной премией за выдающийся вклад в американскую литературу.
Содержание:
Земноморье (цикл)
Орсиния (цикл)
Легенды Западного побережья (цикл)
Названия этого скалистого выступа мы не знали, но он уже много лет подряд служил нам любимым местом для обсуждения всяких важных дел.
Некоторое время мы просто лежали, тяжело дыша и впитывая солнечное тепло. Но в душе у меня накопилось столько всего, что мне просто необходимо было немедленно все выложить Грай.
— Вчера к нам брантор Огге заезжал, — начал я.
— Я его тоже однажды видела, — равнодушно откликнулась она, — когда мать брала меня в их края на охоту. У него такой вид, словно он бочонок проглотил.
— Огге обладает могущественным даром, — тупо повторил я слова отца. Я хотел, чтобы она признала величие Огге и потом должным образом оценила мое самопожертвование, — ведь я же отказался стать его зятем. Но в эти минуты я еще не успел рассказать ей об этом, а потом, когда для этого пришло время, вдруг оказалось, что сделать это ужасно трудно.
Мы лежали голова к голове, прижавшись животами к теплой гладкой скале, точно две тощие ящерицы. Так было очень удобно разговаривать совсем тихо, как любила Грай. Она не была скрытной и вопить порой могла громче дикой кошки, но разговаривать всегда предпочитала тихим голосом.
— Он пригласил нас в мае приехать в Драммант.
Грай промолчала.
— Он сказал, что хочет познакомить меня со своей внучкой. Она по материнской линии тоже из рода Каспро. — Я прямо-таки слышал в собственном голосе отголоски отцовских аргументов.
Грай что-то невнятно пробормотала и надолго умолкла. Глаза ее были закрыты. Спутанные мокрые волосы закрывали ту половину лица, которую я мог видеть, а другой щекой она прижималась к скале. Мне даже показалось, что она уснула.
— И ты поедешь? — шепотом спросила она наконец.
— Знакомиться с его внучкой? Конечно.
— И согласишься быть с ней помолвленным? — Глаз она по-прежнему не открывала.
— Нет, что ты! — воскликнул я возмущенно, но несколько неуверенно.
— Вот как?
Помолчав немного, я сказал: «Да, так!» — хотя и не так возмущенно, но ничуть не более уверенно.
— Мать меня тоже помолвить хочет, — сказала Грай. Она приподняла голову и теперь смотрела прямо перед собой, упершись подбородком в скалу.
— С Аннреном Барре из Кордеманта, — сказал я, очень довольный тем, что узнал об этом раньше нее. Но Грай мое сообщение совсем не понравилось. Она ненавидела, когда о ней говорили за глаза. Ей нравилось жить незаметно, как та птичка в зарослях черных ив. Она молчала, а я чувствовал себя полным дураком. Чтобы как-то замять допущенную неловкость, я пробормотал: — Мой отец говорил об этом с твоим отцом. — Но Грай по-прежнему молчала, и я решил: она ведь спросила меня, так почему же мне нельзя спросить ее? Но как же трудно оказалось это сделать! Но я заставил себя произнести тот же вопрос: — И ты поедешь?
— Не знаю, — процедила она сквозь зубы, все так же упираясь подбородком в камень и глядя перед собой.
Ну вот, пожалуйста! Я с такой готовностью ответил на ее вопрос! Еще бы, разве можно было променять Грай на какую-то внучку? Но Грай-то не выказывала никакого особого желания отказываться от помолвки с этим Аннреном Барре ради меня! И я, глубоко уязвленный, выпалил:
— А я всегда думал… — и осекся.
— Я тоже так всегда думала, — прошептала Грай. И прибавила еще тише, так, что слова ее почти заглушил шум водопада: — Я сказала матери, что не хочу никакой помолвки, пока мне не исполнится пятнадцать. Ни с кем. Отец согласился. А мать рассердилась.
Грай вдруг перевернулась на спину и легла, раскинув руки и глядя в небо. Я сделал то же самое. Руки наши почти касались друг друга на теплом камне, однако лежали неподвижно.
— Значит, пока тебе не исполнится пятнадцать, — эхом повторил я.