Месть прошлого

– Думаю, это наша последняя встреча, Илик, – казалось, старика искренне расстраивает предстоящая разлука. – Обещаю, те силы, что ты отдал, послужат благой цели.

Парень попытался плюнуть, но слюна лишь растеклась по подбородку. Деший укоризненно покачал головой и, без малейшей брезгливости обняв «мальчика» за талию, помог ему подняться и доковылять до центра печати. Парень пробовал упираться, но его руки и ноги лишь бестолково дёргались.

– Всё, лежи, лежи, – старик осторожно уложил его на пол и покинул печать.

Только он сошёл с неё, как линии и символы вспыхнули алым, и парень, выпучив глаза от боли, выгнулся до хруста в суставах и сипло, почти уже неслышно, закричал. От его тела по печати потекли золотистые ручейки, собирающиеся в единый поток над головой парня и устремляющиеся к шару. По поверхности того расползлись многолапые оранжево-красные знаки, и шар из молочно-белого стал жёлтым почти полностью. Только на самом верху лежала белёсая «шапочка-блинчик».

Поток быстро иссяк. Не прошло и двух минут, как он прервался, а мальчик – теперь он действительно был похож на мальчика – скрючился по центру печати, смотря прямо перед собой застывшим неподвижным взглядом.

– Ты внёс весомый вклад в наше дело, Илик, – Деший скорбно опустил глаза, – и навсегда останешься в нашей памяти. Ты заслужил ещё один шанс.

Печать опять заработала, но в этот раз символы налились не кровавой краснотой, а чуть светящейся серостью. Вязкой, напоминающей грязь со светлыми искрами песчинок. Тело умершего распрямилось, грудная клетка расправилась, и лёгкие с хрипом втянули воздух. Позвоночник захрустел, и ноги-руки начали укорачиваться, туловище расширяться и разрастаться. Череп промялся, кожу пробила густая смоляная шерсть, и уже через минуту в печати лежал огромный чёрный медведь – истинный зверь умершего. Но изменение не завершилось. Кости опять смялись, затрещали, тело стремительно начало уменьшаться. Вскоре вместо медведя на полу лежал странный зверёныш с серой шёрсткой. Формой тела он был похож одновременно и на волка, и на лису: широкая грудная клетка, большие лапы и длинный пушистый хвост, гибкое сложение, совсем лисьи уши, а морда вытянутая, но уже не похожая ни на волчью, ни на лисью. Зверь был совсем мал, не больше локтя в длину, если не считать хвост, и казался детёнышем.