Если мы снова встретимся

Они втроем собирались заглянуть в цеха, проверить как идет производственный процесс и заодно поздравить рабочих с наступающими праздниками. У Виктора наблюдалась одна занятная особенность, к людям на работе он относился как к подчиненным и сотрудникам, не интересуясь их жизнью и проблемами, но точна зная где и кем у него работает данный человек. Он и к своему троюродному брату в рабочее время обращался как к заместителю, а не как к родственнику, что к удаче лишь улучшало работоспособность второго. Исключением был Евгений, к директору Виктор предпочитал адресоваться в первую очередь по-дружески и только потом как к вышестоящему руководству. За период Настиной работы Токарев легко подзабыл в каком качестве она была представлена ему изначально и воспринимал Снегиреву как начальника отдела и не больше. Мешковский наоборот сразу решил, что Настя осталась в кабинете, чтобы поговорить с директором наедине, но ему показалось странным задумчивое отстраненное выражение её лица.

- Анастасия Сергеевна? – вопросительно обратился к девушке Женя.

- Насть, ты не заболела? – уточнил на всякий случай Никита садясь рядом с Настей.

- Можно сказать и так, - пришла в себя Ася. – Если считать временную слепоту болезнью. Извините, - она удивлено обнаружила, что остальные сотрудники давно разошлись. – Задумалась. Евгений Борисович я могу с вами поговорить?

Женя успевший надеть верхнюю одежду сел по другую сторону от Насти. Она посмотрела на него, не зная как лучше сказать, но потом всё же заметила, что помимо них в кабинете находились явно лишние люди. Настя перевела взгляд на Мешковского сидевшего рядом, но старый друг не собирался проявлять догадливость.

- Мне тоже надо одеться, - решил Токарев, продвигаясь ближе к двери, - на улице мороз, а цеха не в соседней комнате, Никит, - позвал он своего заместителя. – Никита Семенович, - повторил он, после чего Мешковский встал и медленно вышел следом.

- У тебя есть время или ты торопишься? – спросила Настя, приблизительно оценив, как её заторможенное поведение выглядит со стороны, и ужаснулась.

- Я собирался на завод, но если у тебя важное, я выслушаю, - спокойно сказал Женя.

- Лучше иди, - решила Настя, - извиниться никогда не поздно. Позвони, как освободишься, ладно.

- Через полчаса буду свободен, скорее даже раньше, - Женя мысленно предположил, сколько времени у него могут занять рабочие, - минут двадцать пять – тридцать, самое большое сорок, но это навряд ли. Подождешь меня здесь?

- Подожду, - согласилась Настя.

Женя вышел из кабинета, а она принялась себя критиковать по поводу своего сегодняшнего состояния, совсем непригодного для работы. Брат если мог бы видеть её в эти минуты, сказал бы следующее – Ася зависла и, кажется надолго; и был бы как никогда точен в своей формулировке.

Настя понимала, что-что-то с ней не то, но привести себя в нормальное состояние никак не могла.

Вообще она упрекала себя зря, до нынешнего дня работа у неё спорилась, с начальственной должностью справлялась отменно. За те два неполных месяца, что она проработала в фирме, её начали ценить и понимать, почему Дилов настоял именно на её кандидатуре. Настя оправдывала ожидания, специалистом показала себя грамотным, да и человеком простым, но достойным. Одним словом, чего она хотела того и добилась. Только в настоящее время её устремления неожиданно изменились, и работа стала интересовать её меньше всего.