Неолит Северной Евразии

Эта датировка оспаривалась Н.Д. Прасловым (Праслов, Настюков, 1973), который предполагал, что некоторые материалы Устюрта (Сай-Утес, Бесшимрау) древнее IV тысячелетия. Наличие в них двусторонне обработанных наконечников стрел, может быть, и не случайно, так как эти формы появляются уже в слое 5а Джебела и слое 4 Дам-Дам-Чешме 1. Можно думать, что геометрические орудия, представленные трапециями симметричных и асимметричных очертаний, нередко с вогнутым верхним краем (рогатые), наконечники стрел кельтеминарского типа, концевые скребки на пластинах и микроскребки, резцы и другие архаического облика изделия служат датирующими признаками для выделения ранних комплексов. Отсутствие перечисленных форм орудий, преобладание скребков на отщепах, разнообразие двусторонне обработанных наконечников стрел и дротиков, количественное уменьшение пластин и микропластин — датирующие признаки позднего комплекса. Эти черты носят материалы Косбулака 2, 3, Белеули 1, 2, Киндерли (Виноградов, 1968б; Виноградов, Шолохов, 1970). Критерии для выделения промежуточных комплексов Устюрта пока трудноуловимы. Не внесла ясности и трехэтапная периодизация Е.Б. Бижанова (1978), согласно которой материалы первых двух этапов, отражающие ранний и развитой неолит, практически неотличимы.

О периодизации мезолита и неолита Северо-Западного Устюрта (Бижанов, 1982, с. 30) можно сказать то же самое. Из четырех хронологических групп айдаболских стоянок две ранние отнесены им к развитому и позднему мезолиту, две другие (третья и четвертая) — к раннему и позднему неолиту. В третью группу включены стоянки Айдабол 2, 4, 14, 15, 20, характеризующиеся крупными удлиненными симметричными трапециями и единичными асимметричными формами, пластинами с притупленным краем, скошенным концом, скребками концевыми и на отщепах, двустороннее обработанными наконечниками стрел (Бижанов, 1982, с. 32). Но этими же чертами он характеризует и вторую (мезолитическую) группу памятников, которая датируется VII–VI тыс. до н. э., по аналогии с янгельской культурой Южного Урала. Третья же синхронизируется с Агиспе, Саксаульской, Шулкум I, Пеньками I, джейтунской культурой, слоями 5а-5 Джебела. Однако по аналогии с Учащи 131 эту группу памятников Е.Б. Бижанов датирует VI–V тыс. до н. э., что не согласуется с хронологией джейтунской культуры и соответствующих слоев Джебела, возраст которых — конец VII–VI тыс. до н. э. Такая же расплывчатая датировка дана для четвертой группы устюртских стоянок, в которую включены Айдабол 1, 5, 7, 13, 17, 19, 23, 24, 26, Джарынкудук 2 и 3. Типологическая характеристика материалов повторяет вышеописанную, данную для третьей группы. К числу отличительных черт отнесены отсутствие геометрических форм, разнообразие двусторонне обработанных наконечников стрел, более редкая встречаемость пластин с притупленным краем, скошенным концом и резцовым сколом (Бижанов, 1982, с. 32). Количественные показатели при этом не приводятся. Определение возраста рассматриваемой группы — IV–III тыс. до н. э. — весьма проблематично.