Да что вы знаете о настоящих принцессах?

После того как мерзко вопящие, дерущиеся пернатые рассредоточились по комнате и замерли на лепнине, портьерах и канделябрах, наступила тишина, в которой очень громко и четко раздался голос герцогини Нортенгской:

— Простите меня, дражайшая маркиза, но я не нахожу в себе сил продолжать трапезу за обгаженным воронами столом!

— Но, позвольте, это не вороны, а сиреневогрудые сизоворонки, — робко проблеяла маркиза.

— Возможно, но гадят они ничуть не меньше! — припечатала герцогиня, брезгливо покосилась на неаппетитную плюху, упавшую в этот момент на скатерть рядом с приборами хозяйки вечера, прижала платочек к носу и удалилась. Затем удалились и все остальные, гости — с обеда, хозяйка из города.

Баронесса Промпт рассказывала эту историю оживленно, со смешками и улыбками, иногда шутливо грозила пальцем, а леди Анна слушала вполуха, боролась с приступом брезгливости и пыталась найти предлог поблаговиднее, чтобы улизнуть от золовки. Наконец графиня сослалась на то, что ее внимания требуют и другие гости. Баронесса проявила понимание и отпустила ее, напоследок одарив замечанием:

— Теперь ты видишь, как тебе повезло с герцогиней! Видимо, сегодня у нее благодушное настроение. Она ведь даже девочек похвалила, впрочем, они того заслужили! Ты прекрасно их воспитала! Жаль, что твоя племянница была лишена твоего влияния в детстве, а сейчас уже поздно! Слишком дерзка! Слишком!

Леди Анна сочла за лучшее промолчать и улизнуть, уходя она случайно встретилась взглядом с Дороти. Графиня вздрогнула и зажмурилась, отсекая себя от злобы, идущей от этой субтильной девушки. А когда вновь открыла глаза, Дороти, как и прежде, была скромна, мила и суетлива.

Следующими гостями, которым графиня Динтон уделила внимание, была чета Госипов. Леди Аделаида порадовала хозяйку бала искренностью и теплотой, кроме того, подруги в очередной раз смогли понаблюдать и обсудить, как хорошо смотрятся Чарльз и Селия вместе.

И действительно, на смену медленному вальсу пришла игривая мазурка. Желающих было много, и все пары выстроились в несколько квадратов по четыре пары, благо размеры зала это позволяли. Селия и Чарльз оказались в одном квадрате с бароном Бэдгером и Кити. Барон вздыхал и смущался. Кити сверкала глазами, сдерживая веселье. Приглашение молодого человека и в этот раз не обошлось без курьеза.

Сестры щебетали в общем кружке знакомых, когда тяжёлой поступью к ним подошёл барон. Поприветствовав всех дам, он склонил свою большую голову перед Лизи и запинаясь произнес:

— Позвольте мне иметь удовольствие пригласить Вас на мазурку.

Девушки замерли. Все они были уже довольно взрослые леди, каждая выезжала второй, а некоторые и третий сезон, но по-прежнему мазурка считалась для них чем-то неимоверно романтичным и в то же время недостижимым. Безусловно, они умели танцевать её, и даже иной раз танцевали на людях с кем-то из родственников. Но вот так! С новым в их кружке и явно смущенным молодым человеком! Ни одна не могла похвастаться подобным событием. Лизи вздернула носик, победно оглядела подруг и холодно поинтересовалась: