Проклятая советская власть и итоги реформ в России. Книга I. Россия императорская - Россия сталинская
- Автор: Курляндчик Александр Петрович
- Год: 2016
- Язык: русский
- Год: Зебра
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - «Проклятая советская власть и итоги реформ в России. Книга I. Россия императорская - Россия сталинская». Краткое содержание книги:
Интересно, чем именно Зиновьев и Каменев так уели Сталина, что он просится от них в Туруханский край? Но ведь чем-то же уели, это ясно. Это явно не взвешенное решение, а просто обида человека, который смертельно устал, и которого все это достало.
Не отпустили. Снова и снова он просится в отставку с этого — не отпускают, даже слышать не хотят. Тут надо понимать еще один момент: Сталин — человек достаточно сентиментальный. Один из самых старых по стажу членов партии, он пока еще не может отрешиться от того, что оппозиционеры — это его вчерашние товарищи по борьбе, что Каменев — тот самый Лева Розенфельд, который в 1903 году укрывал его на конспиративной квартире после побега из ссылки.
Гитлер, между прочим, через какой-то год после прихода к власти устроил «ночь длинных ножей» и уничтожил почти всех своих бывших соратников.
Сталин был на это не способен в принципе. В конечном итоге это ему дорого обошлось. Его все три раза не отпустили. Причины, как сто раз говорилось, не в его интригах и не в страхе перед ним: просто-напросто партийное большинство признавало своим капитаном только Сталина и никого другого не хотело. Вот где истина, одна-единственная, а все остальное — недалекая болтовня!
А оппозиция не унималась… И оппозиционеры, на словах ратуя за партийную демократию и уважение к чужому мнению, на деле попросту били!
На ленинградской табачной фабрике (декабрь 1925 г.) собрались сторонники «линии Сталина» под председательством С.А. Туровского. Ворвались оппозиционеры под командой бывшего эсера Баранова, собрание разогнали, а Туровского избили рукояткой нагана. Там же, в Ленинграде, на заводе «Красный треугольник» на собрание коммунистов не пустили старую большевичку Женю Егорову, твердую сторонницу Сталина. Со злости она побила окна в проходной. Тогда ее немилосердно отколошматили. «Так меня даже жандармы не били», — писала она Сталину.
1927 год, Ленинград, известные беспорядки во время празднования десятой годовщины Октября. Милиционеры задержали кого-то из троцкистов, но набежала со всех сторон группа его единомышленников и под прицелом револьверов заставила милицию «пленных» отпустить (в те времена практически каждый партиец совершенно законно таскал в кармане пистолет). И таких примеров множество.
А ведь оппозиционеров подпирала армия! Единомышленники в немалых чинах! Здесь и Примаков, казак лихой: этот, недовольный тем, что на петлицах у него всего три генеральских ромба, сам себе присобачил на воротник четвертый и в таком виде ходил, не перед девками красоваться, а в официальные учреждения визиты наносил, перед Сталиным щеголял. Здесь и комбриг Шмидт, который прямо на съезде партии (хорошо хоть не в зале, а в коридоре) принародно ругал Сталина последними словами и, хватаясь за саблю, грозил «уши отрезать».
Кто-нибудь всерьез верит, что эти ребятки собирались бороться со Сталиным цивилизованными, парламентскими методами?
А давайте-ка присмотримся поближе и к ним самим, и к тому, что они, не скрывая, говорили вслух и писали в своих манифестах.
Вот любимец партии Бухарин, он же Коля Балаболкин. Мастер по любому вопросу болтать до посинения, менять точку зрения по десять раз на дню, интриговать и предавать, лить истерические слезы. Единственное его практическое достижение — умение затаскивать в постель юных красоточек. Как мужик, я его понимаю, но, воля ваша, для любимца партии что-то маловато. А уж гуманизма-то! Из ушей хлещет.
Вот мнение о революции вообще: «В революции побеждает тот, кто другому череп проломит». Именно он, как уже упоминалось, добился расстрела подсудимых по «шахтинскому делу». Именно он на VII Всесоюзном съезде Советов с пеной у рта протестовал против предложения Молотовапредоставлять избирательное право всем без исключения гражданам[47].
Напомню, что существовала тогда масса категорий так называемых «лишенцев» — дворянских детей, кулацких, казаков и т. д. Лишение избирательных прав было не просто досадным ограничением — оно автоматически влекло за собой немало других ограничений, превращая человека в подобие парии.