Порочное создание

Перевела взгляд на мирно посапывающего мужчину, и улыбка растянулась до самых ушей. Локоны перепутанных тёмных волос на голове спадали на глаза, заставляя осторожно отодвинуть их в сторону и вновь залюбоваться густыми бровями, по-волчьи нависающими на закрытые глаза, прямым носом с едва уловимой горбинкой, полуоткрытыми губами, манящими своей беззащитностью, и выточенными скулами, покрытые отросшей щетиной. Помнила, как в первый раз увидела Томаса и в тот же вечер влюбилась в опьяняющий, нахальный взгляд, саркастическую ухмылку и повадки мудака. А сейчас, с улыбкой следила за его размеренным дыханием, за тем, как он едва уловимо морщился, а уголки губ чуть подрагивали.

Интересно, что ему снилось? Надеялась, его сон такой же спокойный и умиротворённый, каков был мой этой ночью, благодаря мужским рукам, крепко овившихся вокруг моей талии. Томас охранял мой сон, а я готова перенять эту эстафету, но подрагивающие в улыбке губы подсказывали, что и без моей помощи его сновидениям ничто не угрожало.

Осторожно, стараясь не разбудить, коснулась губами щетинистой щеки, и чуть было не заурчала от удовольствия соприкосновения, вовремя выбираясь из кровати. Быстро натянула на себя одолженную мужчиной футболку oversize, свои помятые джинсы boyfriend и на цыпочках вышла из спальни.

— Доброе утро!

Стоило мне оказаться в коридоре, как навстречу вышла Кристен, на ходу застёгивая пуховик.

— Доброе…

— Мне с самого утра не спалось, поэтому вы с Томасом постарайтесь разделаться со всей приготовленной едой.

С улыбкой активно закивала, носом втягивая аппетитный аромат заждавшегося завтрака, чем вызвала смех женщины:

— Пойду-ка я за рождественскими подарками. Надеюсь, останешься с нами на праздники?

Пожала плечами, не имея понятия, как реагировать на вопрос. Останусь ли здесь, в этой квартире, рядом с домашним Томасом? Это слишком идеально, чтобы казаться правдой.

Закрыв за Кристен дверь, направилась в ванную комнату и старалась не вспоминать вчерашний позор. Я искренне не хотела браться за лезвие и калечить руки в нескольких шагах от Томаса. Но в какой-то момент, не найдя в себе силы позвонить отцу и прояснить ситуацию с меценатством Миллера, заменила мобильный телефон лезвием и не рассчитала глубину пореза.

Поморщилась, вспоминая алый налёт на белоснежном мраморе, и ополоснула раковину водой, будто это могло уничтожить улики моего преступления. Скрутила локоны у висков в незамысловатый пучок и улыбнулась своему отражению в зеркале, впервые за долго время не испытывая ненависти к увиденному. Не отказалась бы от плотного консилера, любимого тинта и удлиняющей туши, но в целом мой образ спасали искрящиеся глаза. Счастья? Да, я чувствовала в груди приятное тепло, разливающееся по всему телу и заставляющее расправить плечи, прежде чем перешагнуть порог столовой и пустить слюни от вкусного завтрака.

На столе стояли корзинка пухлых круассан, порции омлета, вазочка со спелыми ягодами и кружки душистого горячего кофе. Кружка приятно согрела пальцы, а сладкая жидкость пощекотало горло, пока я лихорадочно соображала, как следует поступить. Завтракать в одиночестве — перспектива не заманчивая, в особенности, когда вспоминала, какое безумие творил со мной Томас за этим столом… Не долго думая, нашла в выдвижных ящиках бамбуковый поднос с предусмотрительными ножками и аккуратно переложила на него аппетитные составляющие завтрака.