Зона отчуждения

ижаться лбом к холодному стеклу. У меня было почти такое же состояние, как после звонка матери клонов, когда Ян пиздюлину получил. Блин, только бы чудовище не рвануло из дома до моего приезда. Только бы... Иначе вообще не известно, чем все закончится. Я понимал, почему Ян думает, что Свят рванет к Доку. Док должен знать, где можно найти этого ублюдочного Ромку. Ну, а если они вместе... Дока, этого не маленького такого, я видел, одного взгляда было достаточно, чтобы понять, Святу достанется не хило, а если тот будет не один, то я даже боялся представить, чем все может закончиться. В ушах стоял взволнованный, срывающийся голос Мозаика, и его состояние я понимал от и до. И до одури злился, что так медленно тащится этот чертов трамвай, злился на еле шевелящихся людей, ползающих как черепахи, входящих, выходящих... Бли-и-ин, как же меня колбасило!.. Хотелось курить, орать матом. Хотелось дать пиздюлей водителю, чтобы прибавил ходу, у-у-уй-й!.. И невыносимо долгой казалась эта дорога. *** Я побежал по лестнице, только на третьем этаже вспомнив про лифт. А уже с нижней площадки пятого я услышал ругань, одновременно, вздохнув с облегчением, что не опоздал, и еще больше напрягаясь, понимая, что проблема действительно конкретная. Позвонил в дверь, слыша, как Ян кричит: " Ты не пойдешь, я сказал! Слышишь?" И ответ, блять: " И как ты меня остановишь? В ботинки нассышь? Так я твои одену!" Бля... Дверь открыл Свят, вздрюченный, в крутке, явно успевший хапнуть водяры, потому как пахло свежаком. - О, еее!!! Моя ты радость! - это мне, а потом Яну, - Позвал, да? Позвал? И ты думаешь, это поможет? - Поможет, - я кивнул, спокойно закрыл дверь, стянул шапку, закидывая ее на вешалку, пока нажратое чудо все еще пыталось доказать брату, что его никто и ничто не удержит. Потом спокойно подошел сзади к Святу и содрал с плеч расстегнутую куртку. - Хули? Что ты делаешь, бля? Я ухожу, мне надо, понял? - он попытался вырваться из моих рук, ну, и мне пришлось прижать его к проему двери, сдирая рукава. - Стой ты! Никуда не пойдешь, успокойся, а? Успокойся, я сказал! Не дергайся! Тебе что, морду давно не били? Может мне помочь с этим, а? Помочь? Так я могу! Меня долго упрашивать не надо! И не надо для этого так далеко ходить! Свят развернулся, я отбросил сорванную с него куртку в руки Яну. - Да? Так хочется? Ну, давай, давай, милый! Руки чешутся, да? Чешутся? - он дернул меня к себе за грудки, меча молнии синими, блестящими от злости и водяры, глазами, притягивая к себе, дыша в губы. - Я жду! Бей! Ну? Его реально трясло. И это не могло не предаться мне. Господи, ударить его сейчас мне хотелось меньше всего, я же знал, отчего все это с ним. - Придурок, - прошипел я, - Какой же ты придурок! Ты не пойдешь, вернее, пойдешь, но со мной, в комнату, понял? - Что? НЕТ! - ДА! Я сказал - да! И отказа я НЕ принимаю, понял? Я обхватил его за шею, и такого, злющего, вырывающего, орущего, потащил в спальню. Не знал я, ЧТО буду делать, но что угодно, лишь бы успокоить его, и заставить отказаться от этой бредовой идеи. В спальне я придавил его к стене, всем телом, вцепившись в волосы, откинул голову назад, чувствуя, как он пытается меня от себя отодрать. Я лизнул его в шею, действуя просто на автомате, не думая совершенно, что творю. - Сука... Нет... - прорычал Зверь, но я неожиданно почувствовал, как он замер на секунду, расслабляясь, а потом снова начал выдрючиваться. - Успокойся ты! Бля, ну не отпущу же все равно! Слышишь? - Да пошел ты! Кто ты, мать? Отец? Чтобы не пускать! Нет? Тогда на хуя так переживать, а? - Дурак! Дурак... Свят! Что ты вот сейчас несешь, а? Что? - А что, я не прав? - Ублюдок, я же... Я же люблю тебя... Что ты городишь? - я почти растерялся, хотя и понимал, что он не в себе, и что выпил. - Слышишь? Я, отпустив его одну руку, залез ему под свитер, чувствуя горячую, взмокшую от борьбы кожу. Сжал, а потом погладил, вжимаясь лбом в его висок. - ... Слышу... - прошептал он вдруг, сорванным голосом, и, развернув к себе мое лицо, впился в губы. Все. Вот именно в этот момент я и понял, что победил. Что никуда он не денется, даже если еще и не до конца сдался. Я просто уже чувствовал, что он начинает расслабляться. И что сейчас мы расставим все точки над i, чего бы мне это не стоило. Да он выпил, но не пьян. Глаза были ясными, хоть и злыми. Ничего, справимся, обязательно. Я отвечал. Отвечал с таким удовольствием, что не стонал только. В моих руках было невероятно импульсивное тело, от которого такой энергетикой перло, что трясти могло уже только от этого, и без прикосновений, просто находясь рядом. А так... Тут еще и желание, возбуждение, ЕГО злость, бунтарство, негодование, агрессивность. А во мне, ко всему прочему, что чувствовал к зверю всегда, росло чувство, подобное которому раньше я испытывал только по отношению к Яну. В груди был невероятно теплый комок, нежный, и очень трепетный. Хотелось нЕжить, шептать чушь. Господи, да что угодно шептать! Чтобы успокоился, что все хорошо, что я люблю его, такого, разного, выносящего мне мозг раз за разом, и что он мне нужен... Очень... Мы целовались, а я по-тихому ехал крышей так, что мне уже казалось, что пил не только Свят. - Ты не пойдешь, - прошептал я в губы, когда он ослабил напор. - Не отпущу, и не дергайся даже! Он дышал очень тяжело, с дрожью и невыносимо жарко. Мокрые губы пересохли в миг. - Побудь со мной, Свят, слышишь? Я хочу, мне надо... НАМ надо, пожалуйста! Я коснулся носом его щеки. Поцеловал скулу, сильно сжимая пальцами его затылок, доставляя желанное удовольствие. Он шумно сглотнул, потом вздохнул почти со всхлипом. Боже ж ты мой... - Дин, - этот шепот подтолкнул крышу, и она с охренительным грохотом свалилась в никуда. А еще эти сильные пальцы на моих бедрах... Я оторвался от его скулы, глядя на приоткрытые подрагивающие губы. - Останешься? Да? Скажи, я же все равно не отпущу. Эта мразь... Не надо пачкаться об нее, слышишь? Я понимаю, что у тебя внутри творится, поверь. Ян мне все рассказал, я все знаю, Свят, знаю. - Рассказал? Дин, я думал, что убью... Никогда не чувствовал такого, - покачал он головой. - Мне почти плохо было от злости. - Тш-ш-ш... Все прошло... Свят! - мои пальцы гладили его шею, затылок, выступающие позвонки, опускаясь ниже под свитер. Его дрожь постепенно утихала, заставляя понемногу расслабиться и меня. - Ты только глупостей не делай, слышишь? Я на все пойду, на что хочешь. Только пообещай, что на этом все и закончится. Пожалуйста... Я убрал разноцветные пряди растрепанной челки Свята в сторону, нежно провел пальцами по его выстриженным дорожкам на виске. Коснулся уха, сережки, следя за своими дрожащими пальцами и за ним. Таким взбудораженным, напружиненным еще, с явно чувствующейся, хоть и постепенно затухающей, внутренней яростью. - Успокойся, все пройдет. Не отпущу, никуда, - я шептал, касаясь его и было ощущение, что дотрагиваешься до трансформаторной будки, которая вся клокочет напряжением. - Лю-ю-юбишь... - почти стон, и рука, сжавшая мое плечо. И этот жест, и этот голос, утвердительная интонация, и что было сказано этим тоном, и что прочувствовано до этого, вызвало у меня неожиданно бурную реакцию, эмоциональный срыв практически, я всхлипнул, и полились слезы. Резко, внезапно, так, что у меня даже не было шансов сдержаться. Второй раз перед этим парнем. - Бли-и-ин... - проскулил я, и оттого, что нет возможности это скрыть, и от неловкости, запрокинул голову, пытаясь хоть как-то остановить этот безудержный поток, но слезы, такие горячие, полились по вискам, и я оказался прижатым лицом к его шее, ощущая на затылке тепло ладони. Несколько секунд тишины, в которые, видимо, Свят пытался придти в себя, а потом прохрипел: - Дин... Дин, ну что ты... Я обещаю, слышишь? Не пойду я никуда, только не реви! Знаете, в этот момент я понял, что мой Зверь резко протрезвел. На раз. - ...не реву... - со злостью, вжимаясь в него со всей дури. - Не реву, понял? - Да... Я понял... Так это ты меня соплями так мочишь, да? Я засмеялся сквозь слезы, кивнул. Шмыгнул: - Да... - Ну и ладно, переживу. - Дурак! - Ну и пусть, зато я тебе нужен. - Ни капли. - Тогда я пойду? - Только шевельнись, гад... Свят хмыкнул, вздохнул с явным облегчением. Я даже улыбнулся сквозь слезы. Потом, оторвавшись от вымоченного слезами плеча, украдкой вытер лицо, успокаиваясь наконец-то, и просто понимая, что не хило натянутые нервишки дали себе возможность расслабиться. - Успокоился, Ангел? - он осторожно убирал мои волосы за ухо, пытаясь заглянуть в мокрые глаза. - Прости. Я... Я не хотел... Просто... Получилось так, перенервничал. - Я знаю... - он кивнул, поджав губы на секунду. - Но за что простить? Сдурел? Это я прощения просить должен, что крышу так унесло совсем... Придурок! И Яна напугал, и тебя... - За... Позавчера... - перебил я. - Прости. Свят замер. Только в глаза смотрел, и вздрагивали ресницы. - Как дебил себя повел... Я хочу, чтобы ты знал, Свят, - пропуская пряди сквозь пальцы, я убрал его челку наверх, касаясь кожи головы. - Просто для меня это было что-то такое, что я не смог сразу принять для себя, и это вылилось в панику. Так получилось... Знаешь, так бывает, когда память почти заполнена у компа, и большая по размеру программа в него просто не помещается, - я улыбнулся, разглядывая напряженное лицо моего Зверя. - Мне нужно было... - Что-то лишнее выкинуть? - Свят взял мою руку, лежавшую у него на шее, и, глядя в глаза, поцеловал ладошку. - Скорее, сжать информацию, - я чувствовал жар в паху. - Смог? - Смог... Вместил... Господи, какую же чушь я нес! Но мне было важно, чтобы он меня понял... - Не жмет? Не глючит? - Свят смотрел мне в глаза так, как будт