Математик боя. Становление легенды (СИ)
- Автор: Кровь и Чай
- Язык: русский
- Жанр: Фанфик
Электронная книга - «Математик боя. Становление легенды (СИ)». Краткое содержание книги:
А уже в следующую секунду Мито заключила парня в свои крепкие объятия, изо всех сил прижимая его к полной груди.
— Ты жив, Сенсома, — прошептала она, еле сдерживаясь. — Жив и почти здоров. Биджу сидит глубоко — он занят чем-то важным внутри тебя, и поэтому ты не слышишь его голос. Он молчит, но вскоре начнет говорить. Не переживай и не бойся — Треххвостый не собирается причинять тебе вред. Твоя чакра она…
— Н-наоми, — все же смог выдавить из себя Сенсома, попросту оглушенный этими объятиями и заботой в голосе Узумаки. — Н-наоми, она…
— Она отдала за тебя жизнь, — Сенсома почувствовал, как Мито горько улыбнулась. — Моя девочка, моя дочка… Наоми любила тебя больше всего на свете и потому отдала свою жизнь. Ты не должен себя винить ни в чем — это был ее выбор. Это… это я виновата, Сенсома. Если бы я позволила вам быть вместе, кто знает — возможно, она бы позволила тебе умереть, защищая ее. Но ты… теперь твоя жизнь равна ее. Живи эту жизнь, Сенсома. Живи так, чтобы Наоми была…
Дальше ее жаркий шепот перешел в откровенные рыдания, но Сенсома и так знал, что она хочет сказать. Сильная и независимая Узумаки Мито — жена Первого Хокаге и куноичи, самостоятельно запечатавшая в себя сильнейшего из Хвостатых Демонов — Девятихвостого Лиса, плакала у него на плечах. Он не забыл, как жестока она была к нему, как не забыла и она. Но они оба помнили, почему именно она была жестока именно к нему. Наоми.
Тобирама не смог уберечь Наоми, но он сам понимал, что шанс на ее спасение крайне мал. Тороки… Тороки потерял жену и мать своей дочери. Потерял, возможно, свою настоящую любовь. Но Мито ни на секунду не теряла дочери. Она поняла и приняла ее выбор. Сразу. И теперь его жизнь — жизнь перерожденного, сироты, но героя страны — Математика Боя, для неё приравнялась к жизни самого любимого человека. Теперь Сенсома был для Мито на первом месте.
Это и называется — уважение выбора.
Тяжелые капли дождя, медленно разгоняясь, капали с неба. Пока Сенсома давал Мито выплакаться, начался ливень, но парень стоически ждал под ледяными струями, стараясь максимально закрыть от них Узумаки.
— Мито-сама, — он склонился к ее уху, чтобы не перекрикивать дождь. — Пойдемте в дом. Вы намокнете.
— Конечно, — женщина всхлипнула в последний раз и выпрямилась. — Проходи, Сенсома. Будь гостем в моем доме. Ты можешь остаться.
И Тобирама Сенджу, напряженно вслушивающийся в их разговор из парадной, исчез во вспышке техники. Все нормально — теперь у Сенсомы появилась Мито. Семья…
— Семья… — пробормотал Второй Хокаге, оказавшись в своем убежище. — Семья…
***
Сенсома проснулся утром, как по будильнику. Его тренированное тело спало по семь часов в сутки в «мирном» режиме, так что вставал он обычно рано.
Комната, выделенная ему Мито, была просторной, чистой и… уютной. Будто это и правда его дом.
— Узумаки… — выдохнул Сенсома, вставая. — Просто Узумаки.
Он не мог понять, что чувствует, вот так оставаясь на ночь в доме погибшей одноклассницы. Погибшей Наоми. Это чувство, сидящее в груди, настойчиво говорило ему. Но он не знал, что именно.
Однако, это точно не было чувством неправильности.
Мито уже проснулась — с кухни доносился чудесный аромат выпечки. Повинуясь ему, Сенсома спустился со второго этажа на первый и, стараясь не шуметь, прошел в гостиную. Звук трости, касающейся пола, известил Узумаки о том, что он не спит.
Они ели молча. Молча помыли за собой посуду и так же молча вышли на улицу. Слов было не нужно — они и так друг друга понимали. Да и зачем слова, если все уже сказано?
— Там господин Хокаге! — кричали на улице. — Господин Хокаге!
— Пойдемте, Мито-сама? Похоже, Тобирама-сенсей что-то задумал, — Сенсома сжал трость посильнее.
— Да, — только и сказала Узумаки, и они вместе направились в сторону, в которую указывал горожанин.
Людей, спешащих туда же, было много. Пожалуй, даже слишком много. Они толпились и толкались и все кричали о Хокаге и клане Сенджу.
— Господин Хокаге!
— Весь клан Сенджу собрался…
— Там господин Хокаге!
Центральная площадь селения — площадь Огня, была буквально переполнена народом. Лишь благодаря узнаваемости Мито и давлению ее чакры, Сенсома и Мито смогли пробраться сквозь ряды горожан и шиноби, пришедших сюда чтобы увидеть…
— Не может быть… — прошептала Узумаки, когда они вышли вперед.
А Сенсома лишь нахмурился, потому что знал — может.
Все взрослые члены клана Сенджу стояли там, на площади. Мужчины, женщины и старики — все они вышли сюда, к народу. В центре стоял их нынешний глава — Тобирама Сенджу, облаченный в полный комплект своих боевых синих доспехов. А слева от него стоял… предыдущий глава клана.
Хаширама Сенджу, одетый в свою традиционную красную броню, стоял рядом со своими людьми, скрестив руки, и смотрел на жителей деревни. Его кожа и лицо были будто потрескавшимися, а склеры его глаз стали черными, но это точно был он — знаменитый Первый Хокаге и Бог Шиноби. Сильнейший человек в мире.
Зомби, подчиняющийся Эдо Тенсей.
— Мито! — выдохнул он, увидев жену, застывшую подле Сенсомы.
Потом он перевел взгляд и на него.
Слов не надо было. Они оба все понимали. Пусть они никогда не были столь же близки, как, допустим, Сенсома с Тобирамой, Саске или даже с той же Мито, но они знали и уважали друг друга. За силу, за волю, за характер. Так что Первый Хокаге промолчал, лишь кивнув помрачневшему Сенсоме.
И Сенсома кивнул в ответ.
— Я вернулся! — провозгласил Хаширама, и толпа горожан взорвалась приветственными криками. — И это — действительно я, — повинуясь могуществу чакры Первого, земля по ногами его соклановцев вздыбилась и выпустила из-под себя корни, которые быстро произросли дальше и выше, превратившись в огромное дерево, удерживающее на своих ветвях весь клан Сенджу. — Жители Листа! Сегодня клан Сенджу прекратит эту войну! Эту войну и… свое существование! — толпа стихла. — Великие Противники хотели уничтожить нашу мечту — Коноху, но мы не позволим этого сделать! Они хотят стереть клан Сенджу с лица земли, но мы сделаем это вместо них! А потом уничтожим их…
Повинуясь команде Тобирамы, все члены Сенджу вытащили короткие мечи. Вторая команда, и площадь орошается кровью пятидесяти шести человек. Гражданские испуганно закричали, кто-то побежал прочь, а кто-то расплакался, но Сенджу, казалось, не обращали на них внимания. Дерево, взращенное Хаширамой, поднесло к Тобираме тела людей, и Сенсома ошеломленно смотрел, как даже тело Тороки Второй Хокаге превращает в сосуд. В жертву.
А после мертвые начали подниматься на ноги.
Они менялись. Менялись их тела, трескающиеся и становящиеся бессмертными. Менялись глаза — выцветающие до полной черноты склеры подчеркивали голубизну глаз одних и мешали темноте других. Поменялись и они, ведь живой всегда может стать мертвым, но вот мертвый живым — никогда…
— Как действующий Второй Хокаге, я объявляю Сарутоби Хирузена своим преемником и Третьим Хокаге! — громко заявил Тобирама, тоже вытаскивая клинок, и одновременно применяя технику на себя. — И никто в мире не может оспорить мое решение!
Сказав это, он вспорол себе горло, но лишь для того, чтобы через секунду вернуться к псевдожизни и вытереть нагрудник, испачканный кровью. Он посмотрел на Хашираму, а тот посмотрел на него. Стихии Воды и Дерева, смешавшись, создали лозу, протянувшуюся сквозь толпу и образовавшую в ней проход. Прямую дорогу до ворот деревни.
— Давайте закончим эту войну, — уверенно сказал Хаширама и первым направился к выходу из деревни.
Комментарий к Первая Мировая Война - давайте закончим эту войну