Все правые руки (СИ)
- Автор: Яньшин Юрий Витальевич
- Язык: русский
- Жанр: Прочее фэнтези
Электронная книга - «Все правые руки (СИ)». Краткое содержание книги:
- Да не волнуйтесь вы так, с утра приедут специальные люди на специальной технике и все сами упакуют и перевезут. Им это не в первый раз проделывать. К обеду они должны управиться.
- Ну и тогда совсем уж ладно, коли так.
Лютиков козырнул на прощанье, а Афанасьев с Вальрондом вышли из здания во внутренний двор, где их уже ожидал "аурус" с кортежем. Его начальник подошел к Самому, чтобы уточнить предстоящий маршрут. Выяснив, что никуда по дороге домой заезжать не требуется, молча козырнул и отошел к автомобилю сопровождения. Пока не окончилось следствие по делу ФСОшников, временно отстраненных от тела "его Величества", кортеж составляли "лютиковцы". Михайлова тоже в этот раз с ними не было. Афанасьев отпустил его еще перед совещанием Президиума. Петр Михайлович по привычке хотел, уже было сесть на переднее кресло, возле водителя, но Афанасьев указал ему на место рядом с собой. Не любил диктатор ездить в одиночку, развалясь на заднем сиденье.
- Что, Аверьян Кондратьич, опять замудохался с нами?! Прости уж, так получилось. Ты хоть бы вот раздвинул заднее сидение, да пристроился, как ни то, раз не хочешь покидать свой пост, - посочувствовал он своему старому водиле.
- Благодарствую. Я и так прикемарил тут пока вы там решали судьбы страны, - ответил, тронутый заботой главы государства шофер.
Неспешно тронулись, аккуратно лавируя в узкой арке, ведущей из внутреннего двора на набережную. Спереди и сзади ехали точно такие же автомобили, и с точно такими же госномерами, как и у диктаторской машины (для соблюдения конспирации). Когда выехали на набережную, Валерий Васильевич вновь обратился к водителю:
- Кондратьич, помнишь, я звал тебя с сыном в воскресенье на новоселье?
- Дык, как не помнить-то, если Сам звал? - вопросом на вопрос ответил тот, выделяя слово "сам".
- Так вот, новоселье не отменяется. Просто будет проходить в другом месте.
- Как это?
- Опять мы переезжаем. Сейчас подходил Лютиков и настоял на нашем перебазировании в Ново-Огарево - бывшую резиденцию президента. Так что подъезжайте с сыном туда в воскресенье. У тебя-то пропуск имеется, а насчет сына твоего я предупрежу на КП.
- К какому часу прибыть? - деловито поинтересовался водитель.
- Думаю, что часикам к четырнадцати, - ответил тот, почесывая переносицу.
- Добро, Василич. Подгребем. А то может помощь, какая нужна? Тогда можно и пораньше.
- Да нет, управятся и без вас. Там специальные грузчики с погрузчиками будут.
Кондратьич только кивнул на это. Продолжили ехать в молчании. Афанасьев, погруженный в свои государственные мысли, баюкал, вконец разболевшуюся и судя по всему опухшую руку. Он настолько был погружен в себя, что даже не замечал из затонированного окна машины празднично гомонящую в этот поздний час столицу. Вальронд же, в отличие от говорливого Михайлова, был по природе человеком малоразговорчивым, а регламент несения службы, связанной с сопровождением специальных средств связи, к коим относился "ядерный чемоданчик", вообще запрещал разговоры на отвлеченные темы без разрешения высшего руководства. Так и доехали до дома. Когда они вдвоем с Петром Михайловичем поднялись на второй этаж, то звонить в двери даже не пришлось. Дочь видимо уже давно караулила его возле окна и, увидев подъехавший кортеж, поспешила открывать двери.
- Ну, наконец-то, - выдохнула она, пропуская мужчин в прихожую,- а я все боялась позвонить тебе. Здравствуйте, Петр Михайлович! - поздоровалась она с Вальрондом, и легкий румянец растекся по ее всегда бледным щекам.
- Здравствуйте, Анастасия Валерьевна! - опять сильно смущаясь, и отчаянно краснея, поздоровался он с дочкой диктатора. Афанасьев сделал вид, что не заметил эти два светофора.
- Папа, к тебе пришли, - полушепотом поведала Настя, кивая головой на гостиную.
- Кто? - скривился Афанасьев. В этот час он не хотел никого видеть кроме близких людей, перед которыми можно не скрывать своего состояния.
- Адвокат. От мамы, - все таким же заговорщическим шепотом выпалила она, помогая отцу снять китель. - По какому делу - не говорит, а я уж не стала расспрашивать. Охрана не хотела его пропускать, но я разрешила дождаться ему тебя здесь.
- Адвокат? Это уже интересно, - пробормотал отец, и уже обращаясь к Вальронду, - ты Петр Михалыч не чинись, располагайся по-свойски, чай уже не в первый раз, а я тут еще отвлекусь на кое-какие дела.
С этими словами он и вошел в гостиную, на ходу засовывая ноги в тапки без задников. Навстречу ему с дивана поднялся пожилой дядечка невысокого роста и невыразительной внешности с обширными залысинами и в старомодных очках с толстой роговой оправой. Настя не утерпела и серой мышкой проследовала за отцом.
- Надеюсь мне представляться нет нужды? - спросил Афанасьев у лысого, делая жест рукой, разрешающий сесть на место. Мужчина сел на прежнее место. Афанасьев тоже умастился с другого края дивана.
- Мне сказали, что у вас ко мне дело...
- Да, - опять делая вид, что привстает, сказал тот. - Меня зовут Аркадий Исаевич Бауэр. Я являюсь членом московской гильдии адвокатов и так получилось, что вынужден представлять интересы вашей супруги - Аглаи Петровны Афанасьевой, в девичестве Крутиковой.
- Ваш извиняющийся тон и словосочетание "вынужден представлять" наводят на мысль о претензиях ко мне со стороны супруги, - предположил Афанасьев, вытягивая гудящие ноги в шлепанцах и откидываясь на спинку дивана.
- Так, точно-с, - подтвердил адвокат, доставая из маленького кейса, стоявшего у дивана, бумаги. - Вот-с, имеет место быть к вам иск о расторжении брака и разделе совместно нажитого имущества. Поверьте, это не моя инициатива, я просто исполняю свой долг адвоката, - приложил он руки к груди, как бы моля о прощении.
- Не стоит извиняться, Аркадий э-э-э...
- Исаевич, - тут же подсказал представитель "крапивного семени"
91
.
- Да-да, Исаевич. Нечто подобное я и предполагал, - скучным голосом ответил диктатор. Где-то за спиной охнула и тут же замолкла Настя, но Валерий Васильевич даже не обернулся.
- Я взял на себя труд самолично доставить вам копию искового заявления, - подобострастно заявил "крестьянин"