Последняя надежда [ЛП]

Она говорит, что на острове много девочек-подростков, которые раньше жили в борделях. Некоторые из них – матери, и все они подвергались насилию. Большинство из них боятся мужчин.

– В фавеле все было не так уж плохо, – говорит она. – Мы могли бы носить наши татуировки «Слезы Господа», и никто не коснулся бы нас. Могли бы пойти и взять то, что нам нужно. Могли увидеть акушерку, которой нет здесь, или привести ее к нам. Но на острове мы изолированы. И не знаем, как спросить, – она улыбается. – Вот, почему мы рады, что ты здесь. Что у босса теперь есть дама. Потому что мы можем прийти к тебе и поговорить.

Мягко улыбнувшись Фернанде, я снова смотрю на океан.

– Я бы осталась, если бы он хотел, чтобы я была здесь. Но он этого не делает.

– Это он так сказал? – спрашивает она, скептически глядя на меня. – Эти мужчины умеют обращаться с оружием, но не умеют обращаться с женщинами. Может, тебе стоит сказать ему, зачем ты ему нужна. Покажи ему, чего ему не будет хватать, если он тебя отпустит.

Я снова думаю о своем сне. О Годзилле, бьющимся в далеком прибое. Не пенис, а монстр из японских фильмов. Я вспоминаю свой разговор с Розой.

«О, Ава. Я всегда делала то, что хотела».

«Ты должна выйти за него замуж. Он кажется милым».

Даже после смерти Роза пытается подтолкнуть меня в правильном направлении. Может быть... может быть, Раф не умеет обращаться с чувствами, как был неумел в сексе. Возможно, мне действительно нужно показать ему, что он нуждается во мне.

Не только потому, что женщинам на этом острове нужно с кем-то поговорить, но и потому, что он нуждается во мне, а я в нем.

Я поднимаю подбородок и смотрю на Фернанду.

– Знаешь что? Думаю, я все-таки останусь.

– Хорошо, – говорит она. – Скажи им, что нам нужны настоящие тампоны. Только не это дешевое картонное дерьмо.