К терниям через звёзды

Пятые сутки пути.

Шейнц, поблагодарив кока, зашагал к лифту.

На этом завтраке, в отличии от нескольких предыдущих, Марка видно не было. За всё время они с Шейнцом так ни разу и не говорили. Похоже, Марка не особо интересовало то, куда они идут, и какой расклад дел в целом. Шейнц один раз поймал себя на непристойной в его положении мысли, принесёт ли Марк хоть какую-то пользу в этой миссии. Странно, но Марк стал вращаться в компании пиратов Фостера. Сидел всегда поодаль, за другим столиком. Пересекаясь с учёным, парень уже не бросал испытывающих взглядов, но и не блистал радушием. Всё сменилось каким-то безразличием с привкусом холодного остережения.

Шейнц вошёл в лифт и поехал на жилой уровень. В принципе, следовать ему больше некуда. За пять суток, исключительно ради того, чтобы рассеять избыток свободного времени, он раз десять совершал полную прогулку по кораблю. Ему даже казалось, что инженеры на техническом уровне уже начали над ним подшучивать, глядя в спину. Опять бродит, мол, этот дед хмурый. Если бы он знал, что предстоит такой длительный путь, то позаботился бы о подборе более существенных развлечений. Более существенных, чем те, что у него были. Коллекция старых двухмерных кинофильмов Давида Лемьера, которая хранилась в памяти экрана, висящего над входом, нагоняла на него ещё большую тоску. Не любил он кино. Особенно детективы, которые снимал Лемьер. Научными изысканиями в данный момент Карл не занимался. Да и каждый раз ему было тошно, когда он вспоминал о специализации нейрокибернетика, приобретённой давным-давно в Едином Государстве. Специализации, которая сломала жизни ни одному десятку людей. Речь для пиратов Шейнц написал за двое суток, и добавить к ней было нечего. Разговоры с Констанцией — единственное, что помогало ему отвлечься от медлительности плетущегося времени. Вот и сейчас. Он возвращался, чтобы провести остаток дня, растворившись в непринуждённой (или в какой-то степени принуждённой) беседе.

Карл оставил дверь лифта за спиной и уверенной походкой шагал к своей каюте. По стечению обстоятельств, как раз в тот момент, когда он проходил мимо каюты номер 14, её дверь распахнулась.

Учёный остановился, исподлобья глянув на застывшего в проходе Марка, который вращал плечом.

— Хотите что-то сказать? — неожиданно уверенно начал тот.

— Эм-м… Да, — встрепенулся Шейнц. — Ты… даже не подошёл поинтересоваться, куда мы направляемся и сколько нам лететь.

— На блуждающую планету, — недоумённо сказал Марк, разминая уже левое плечо. — Через пять земных суток будем там.

— Кто тебе сказал?

— Люди капитана Фостера. Уже вроде как никто и не хранит это в секрете.

— Ты общаешься с людьми Фостера?

— Неплохие парни, — холодным тоном сказал Марк. — Получше тех, что мне пришлось встретить в прошлый раз.

— Слушай, я… — Шейнц потёр морщины на лбу, пытаясь подобрать нужные слова. Раз уж выдался такой удачный для разговора момент.