Долг чести

— Я! — с воодушевлением ответил Алек, криво улыбаясь и вытирая слезы.

— Ты же знаешь маму — она у нас слишком правильная. Только не говори, что я так сказал!

— Это правда, — согласился малыш. — Она заставляет нас ходить в церковь, а мне там скучно. Зато, Хиро никогда не посмел бы взять с собой рогатку, чтобы стрелять по вечно ноющим девчонкам. Потому что он — зануда. Как мама.

— Эй, не говори так! — одернул его Викензо. — Даже если это правда, к маме нужно проявлять уважение. В следующий раз, когда соберешься мстить брату, сделай это так, чтобы она не узнала.

Алек захихикал и вскочил на ноги, путаясь в одеяле.

— Я понял тебя, папа. Раз я бунтарь, я еще дождусь возможности отомстить Хиро так, чтобы мама не узнала.

С этим Викензо ничего не мог поделать.

— И? — строго спросил он.

Алек опустил глаза в пол и вздохнул, понимая, чего от него требуют.

— Я не хотел обижать маму. Я просто разозлился. Я скажу ей, что она на самом деле самая лучшая мама на свете.

— И? — продолжал настаивать Викензо.

Алек упрямо молчал.

— Ты извинишься, — надавил он.

— Гвидиче не извиняются, — заявил маленький наглец.

Отец послал ему свой самый строгий взгляд и малыш тут же сдулся, тяжко вздыхая.

— Хорошо, я извинюсь. Но только перед мамой!

Он направился к выходу, но Викензо в последний момент окликнул его.

— Гвидиче всегда извиняются, когда неправы, — сказал он ему. — Перед членами семьи и перед любимыми женщинами.

Алек задумался на секунду, а потом кивнул.

— Хорошо. Но если перед членами семьи нужно извиняться, а ты сказал, чтобы я никогда не извинялся перед Деметрио, хотя он мой кузен, то значит ли это, что мне и перед Хиро необязательно это делать?