Единственные

Конфликтовать ни с кем не хотелось.

Лана махнула рукой, подзывая его.

- Иди, говори родственникам «до свидания».

- Слушай, Макар, вот уважал и любил тебя всегда, - оскалился в ответ Захар. – Но я прямо предчувствую, что и моё время придет.

Макар вызывающе скрестил руки на груди и расставил ноги по ширине плеч.

- Посмотрим.

Чуть позже Захар, выходя из ванной, застал Лану стоящей у комода и держащую в руках фотографию. Ревность, которая не кстати вспыхнула в груди, пришлось подавить усилием воли. Ничего с ней поделать пока он не мог. Ревновал, как говорят, к каждому столбу.

Перекинув полотенце через шею, Захар подошёл к Лане, обнял её за талию и притянул спиной к груди.

- Я не претендую на его место в твоем сердце. И никогда не буду, - глухо сказал он, чувствуя, как ком встает в горле.

- Спасибо.

- Ты удивительная чудесная девочка, Руслана. Ты – моя девочка. У тебя большое сердце, и там места хватит всем.

- Захар…

- Я люблю тебя.

- И я, - она всхлипнула.

- Без слез.

- Не буду… Просто… Что-то накатило. Прости. Я иногда по нему скучаю… Захар, и спасибо тебе за понимание. Ты же наверняка ревнуешь. Я бы ревновала. Помнишь нашу первую встречу, когда ты спросил, как я попала в «Ладу»? Илья помог в каком-то деле главврачу, он и предложил рожать в его центре.

Захар крепче прижал жену к себе.

- Всё хорошо. Вы были с ним счастливы. Теперь пришло наше время. Отпусти себя. Его сына я люблю… Поэтому никаких сомнений. Колебаний. Мы сделаем всё, чтобы наши дети выросли хорошими людьми, - его ладонь легла на мягкий животик Ланы. – А то что я ревную… Как я могу не ревновать самую сексуальную девушку на планете?