Психолог для дракона

Жизнь Леры закрутилась колесом, до головокружения. Индивидуальные консультации с драконом и его невестами, групповые тренинги с девушками, призванные уверить их в собственных силах справиться с чем угодно, визиты в гарем, чьи обитательницы тоже нуждались в моральной поддержке. Лера действительно успела подружиться с Изирой, с которой иногда коротала вечерок. Они говорили с ней обо всем подряд: о жизни в своих мирах, своем прошлом, планах на будущее, только одну тему обходя стороной: молчали обо всем, что хоть краем касалось Гленвиара. А еще Лера в каждую свободную минуту прибегала в лабораторию Эриаса. В лаборатории советника Лере приходилось размышлять над загадкой портрета, но главное, для чего она являлась туда, — это побыть рядом с сыном и подготовиться к реализации своих грандиозных планов по возвращению в жизнь дракона радости. Планы были масштабны, пришлось подключить к процессу подготовки ближайших соратников правителя страны: Эриаса и Селиана, причем подключить тайно, чтобы не испортить клиенту приятный сюрприз. Гленвиар и не подозревал, что его друзья плетут вокруг него настоящий заговор. Заговор на счастье.

Лера наблюдала через магический проектор за родной планетой и собиралась с духом и знаниями, чтобы осуществить свою великую задумку. Советник тем временем пытался проникнуть в тайну камней, которые не удалось ни вытащить из скал, ни хоть на миллиметр сдвинуть. Неведомые силы удерживали черные отполированные плиты на месте, позволяя им не подчиняться ни магии, ни физической силе. За прошедшее время удалось обнаружить все девять камней в строго заданных точках.

В таких хлопотах пролетел месяц. Лера научилась длительное время противостоять своим страхам при гипнотических атаках раздраженного клиента, которые, впрочем, случались все реже и реже. Ее надежды на окончательное преодоление фобии росли, Вира почти все вечера проводила у ее ног или на коленях и ручках. Змея, кажется, привыкла к хозяйке и начала узнавать ее: при появлении Леры она подползала к стеклу террариума и приподнималась на хвосте, тыкаясь в прозрачную преграду, а если ее оставляли на полу, запирая в комнате, то выползала навстречу. Если же слышался топот Гленвиара, несущегося с новыми претензиями, то Вира шустро пряталась под кресло, забиваясь в дальний угол и стараясь не шуршать, пока дракон находится рядом.

А поводов заявиться к ней вечером Гленвиар находил много. У Леры сложилось устойчивое впечатление, что ее совет об открытом выражении своих негативных эмоций клиент накрепко связал с ней и только с ней, поскольку ни слуги, ни советники особых перемен в поведении повелителя не заметили. Да, она у них спрашивала, и ей не очень понравилось, что против нее обернули ее же собственный совет! Так что Золотой Дракон «выпускал пар» исключительно в комнатах своего личного психолога, и ковер в кабинете таки пришлось поменять — прежний был прожжен насквозь и безнадежно заляпан сажей. Шансов, что судьба нового ковра сложится менее печально, было немного.