Железные амбиции. Мои победы с Касом Д'Амато [litres]

Не имея промоутера и располагая лишь неделей до поединка, Кас обратился к Биллу Розенсону, который не испытывал особого воодушевления в отношении этого «разминочного» боя, поскольку не хотел, чтобы что-то испортило запланированный на июнь многообещающий поединок Паттерсона с Йоханссоном. Артур Дейли тем временем подверг критике действия Каса: «Если бы Джим Норрис и его объявленный вне закона Международный боксерский совет когда-либо попытались сделать хотя бы малую толику того, на что осмелился Д’Амато, вся мафиозная паутина, издавая душераздирающие вопли, съежилась бы от ужаса. Даже Фрэнки Карбо извлекли бы из его укрытия для расправы. Но у Д’Амато щит праведности и плащ ханжества. Этот человек безупречнее мыла Ivory[92]. Ведь он – сэр Галахад[93], Дон Кихот со своим верным копьем, которым он с такой легкостью устраняет злодеев или ветряные мельницы, что нимб никогда не падает с его головы. Приветствую тебя, о благородный рыцарь!»

Кас также подвергся жесткой критике со стороны одного из своих заклятых врагов – обозревателя Реда Смита. В статье под названием «Боксу требуется доктор» Смит не оставил камня на камне от подготовки Каса к поединку Паттерсона с Лондоном и фактически высказался за возвращение Фрэнки Карбо и Джима Норриса в боксерский бизнес. Вот что он пишет: «Бокс болен, и ему требуется доктор. Только это должен быть настоящий врач, а не какой-то там народный лекарь. Боксу нужен Доктор Серый – иногда его называют Большим Мистером Ка, – который известен окружному прокурору под именем Фрэнки Карбо. Индустрия кулачных боев пропадает без дурного влияния могущественного босса, способного спасти ее прежде, чем она зачахнет и умрет от Духовного Подъема. С тех пор как Верховный суд постановил, что Джим Норрис – закоренелый, нечистый на руку монополист, и приказал ему распустить свою мафиозную организацию, эту старую грязную монополию, в седле оказался Лучший из Лучших. Джим Норрис ушел, перебравшись в Чикаго и не получив ничего от своего руководства корпорацией Madison Square Garden, кроме жалкого миллиона долларов. За ним, по-видимому, последовал и Мистер Ка, чья зловещая тень всегда сопровождала Джима Норриса и была видна лишь тем, кто обладал особым рентгеновским зрением. Никогда с тех времен, когда парни устраивали поединки на баржах, Боксерская Наука еще не была такой невинной, благородной, немонополизированной, со столь чисто вымытыми ушами. Она была выскоблена практически до полного исчезновения, и следует предпринять срочные меры, чтобы восстановить благотворное сияние коррупции. Возвращайтесь, Доктор Серый! …Говорят, Фрэнки Карбо – человек сомнительной репутации, и эти утверждения звучат уже давно. Однако еще до того, как бокс был освобожден от коррупции, а все сомнительные личности успешно устранены, боксеры нередко надевали перчатки и дрались друг с другом. Такие парни, как Джонни Греко, бились постоянно. Кид Гавилан был востребованным чемпионом в полусреднем весе. Джонни Сэкстон устраивал не так много поединков, но тем не менее он дважды выигрывал чемпионский титул в полусреднем весе. О некоторых из этих парней ходили жуткие слухи. Подозревали, что Мистер Ка имел отношение к их деятельности. Это было ужасно. Это было замечательно. Фрэнки, возвращайся!»