Академия Хаоса. Лабиринт стихий

— И что самое прекрасное, гексаграммы работают даже, так сказать, пустыми. Главное — сделать все правильно. — Профессор Крекин снял очки, протер стекла платочком и обвел нас подслеповатым взглядом. — Я знаю о том, что происходит в академии и у Стены, и чувствую себя обязанным поговорить с вами. Вас отправляют в Лабиринт уже через несколько дней. Неподготовленных. Необученных. А потом — скормят тварям хаоса, если вы, конечно, не уйдете вдаль с посохом в руках. Еще одно вероятное будущее — стать деревом, как наша почтенная Беата Флоран. И ладно бы в саду, но нет — в Стене, где позади дышит хаос и даже птицы не вьют гнезда.

— Кто, если не мы? — задиристо спросил Николас. — Что вы предлагаете? Запечататься?

Профессор Крекин пожал плечами, вернул на нос очки, и его глаза снова стали огромными.

— Я напоминаю, что есть такая возможность. Альтернатива. Не все из вас воины. Кто-то слаб физически, кто-то — духом. Кто-то чувствует в себе разлад, который потом может привести к срыву. Империи нужны патрульные и маги, но ей плевать на вас лично. Если вы погибнете за Стеной, вашим матерям выплатят денежное вознаграждение, если сорветесь — вернут ваше тело, все еще дышащее, скорее всего. Может, вы даже будете самостоятельно питаться или ходить, — его голос стал жестче. — Я преподаю уже двадцать лет. В каждом втором потоке студентов происходит срыв хаоса. Посмотрите на соседа по парте. Возможно, вскоре после Лабиринта его не станет.

Я покосилась на Миранду, но она пробормотала:

— Не дождетесь.

— До Лабиринта процедура запечатывания переносится куда проще, — добавил профессор Крекин. — Все равно что привиться от опасного заболевания. Лично моя жизнь даже улучшилась. Подумайте. Взвесьте все «за» и «против». И примите правильное решение.

Он выдержал паузу и вновь повернулся к доске.

— Мы зарисовали основную схему. Теперь давайте отметим детали, которые усиливают действие талисмана в определенной сфере. Для воинской удачи, как правило, используется сила огня. Четвертый луч звезды делается двойным и закрашивается обязательно снизу-вверх вот такими линиями...

Это было похоже на пожар вчера, и я не хотела, чтобы мастер Адалхард останавливался.

— Ты точно в порядке? — прошептала Миранда.

Я молча кивнула.

Ровена, обернувшись, сердито шикнула на нас, и сейчас я была этому только рада. Наверное, как подруга, я должна во всем признаться Миранде. И, видимо, я поступила очень плохо. Еще и в доме Кевина, которого все считают моим женихом. А о его письме я и вовсе забыла. В то же время я ни за что не хотела забывать о том, что произошло. Горячие губы на моих губах, влажный язык ласкает мой рот, и это так интимно и чувственно, что мое дыхание сбивается только от воспоминаний, сильные руки уверенно сжимают мою талию, гладят, трогают, обжигая кожу...

Я отбросила карандаш и вцепилась руками в волосы.