Кто ты, моя королева

Она приглашающе показывает рукой на огромную распахнутую дверь, за которой виден большой зал с тремя статуями. По центру – красивая величественная женщина вне возраста, а по бокам и чуть позади от неё двое мужчин, один светлый, другой тёмный. Боги этого мира. Перед ними алтарь, а на нём лежит штуковина, которая и пугает меня. С виду красота неописуемая, словно венок из тончайших изящных веточек, усыпанных бриллиантовыми цветами и изумрудными листьями. А в голове всплывают слова Яргарда услышанные утром. Он тогда сообщил мне, что я должна буду сегодня принародно одеть божественный венец, и выстоять в нём, пока настоятельница с балкона в храме будет восхвалять Богиню и её сыновей. Как-то не понравилось мне слово “выстоять”.

– В чём подвох? – не пряча подозрений спросила тогда я.

– Этот венец может носить на голове лишь та, кто действительно может быть королевой. По силе, по крови, по духу. По тому, насколько легко выдерживает невеста Сэйнара, а в твоём случае жена, эту ношу, и судят насколько богиня благоволит этому браку.

– А если нет? Что тогда?

– Это больно. Очень. Иногда невыносимо. – признался Яргард.

– А Тэрэса? Она выдержала?

– Да. Но с трудом. – спокойно так поведал мужчина и привлёк меня в объятия. – Тебе не стоит бояться, Нэлли. Тебя богиня сама сюда перенесла. Значит благоволит. Ты выдержишь. И это даст мне возможность объявить о нашем примирении принародно, а настоятельнице поведать, как сильно ты изменилась, побывав на смертном одре.

– Насколько это больно? – безнадёжно спросила тогда я.

– Я не знаю, маленькая. Прости.

Прости. Прости. Прости. Он потом ещё долго вещал о том, как это важно, что это даст. И все слова и доводы были весьма убедительны. А мне было страшно. Я ведь по сути самозванка. А меня заставляют надеть на голову индикатор прав на звание королевы. И ладно бы эта штука была чем-то вроде определяющей шляпы в Хогвартсе, которая рявкнет "Королева", или “Самозванка”. Не-е-ет, если этот венец не сочтёт меня достойной, то может превратить мои мозги в подгоревшую яичницу болтунью. И это на глазах у всех жителей столицы. Чудная перспектива. Приятная до не могу. Вот Гиерно обрадуется. Может он поэтому такой вежливый сегодня?

И вот я в простом белом платье, с распущенными волосами, непокрытой головой, вся из себя чистота и скромность (о невинности промолчу), иду вслед за настоятельницей к этому орудию пыток. Сама, притом. Чтобы никто не усомнился в добровольности. Яргард и Тай следуют позади меня. Им то что, они свои короны ещё во дворце напялили. А за ними шагают три первых человека королевства после монарха и его семьи, как я теперь понимаю. Остальные тянутся следом.

Ваота подходит к алтарю и опускается на колени, чтобы произнести молитву. То же самое делаю я рядом с ней. Сейчас мы главные действующие лица в этом спектакле и я даже не смотрю, что делают остальные, полностью концентрируя внимание на том, чтобы не ошибиться. Не знаю, о чём молится настоятельница, я же прошу Богиню учесть, что нахожусь здесь по её воле. А ещё благодарю за второй шанс, за новую жизнь, да, сложную и опасную, но всё-таки жизнь. И, чего уж там, за Тая с Яром тоже благодарю, понимая, что эти двое могли бы относиться ко мне гораздо хуже, если бы не её вмешательство. И прошу не поджаривать мне мозг, потому что эта проверка королевских качеств, вообще не моя идея. В процессе этого внутреннего монолога внезапно осознаю, что страх исчез, на душе воцаряется покой и умиротворение, а рядом ощущается чьё-то незримое, но пробирающее до мурашек присутствие. Кажется, что стоит поднять мне голову и увижу перед собой ту самую Богиню с мягкой усмешкой взирающую на своих непутёвых чад.