Электронная книга - «Весь Беляев Александр в одном томе». Краткое содержание книги:
Все произведения знаменитого фантаста А. Р. Беляева в одной электронной книге. Добавлены малоизвестные, не вошедшие ни в одно из многотомных собраний сочинений, произведения, публиковавшиеся в своё время в журналах и небольшими книгами. Однотомник содержит более 250 прозрачных картинок-иллюстраций.
Покинуть ракету? Но об этом сейчас нечего было думать!
— Нам надо попытаться сделать трубу и поставить ее повыше.
— Сделать нетрудно, материал есть. Но легко сказать — поставить, — покачав головой, заметил Винклер. — Как только мы выйдем наружу, нас смоет, как мух… И все-таки мы должны попытаться.
— Но выдержит ли труба этот бешеный напор? — спросил Ганс. — Поставить трубу можно и не выходя наружу. Да мы и не успеем выйти: только один иллюминатор на корме еще не залит водой. Пока мы будем изготовлять трубу, зальет и его.
— Что же вы предлагаете? — спросил Цандер.
— Отсиживаться.
— Но ведь нас зальет.
— Пусть заливает. Превратим наш звездолет в «Наутилус» и отсидимся под водой.
— Задохнемся!
— Не задохнулись же мы в пути.
— Да, но у нас был запас кислорода.
— А кто вам сказал, что у нас нет его сейчас? — спросил Ганс и рассмеялся. — Плохой бы вышел из меня капитан звездоплавания, если бы я не был предусмотрительным. Я уже сделал запас кислорода из венерианской атмосферы. Кислородные баллоны полны. Можно хоть сейчас лететь в обратный путь.
Цандер покачал головой:
— Однако, Ганс, вы дали и мне хороший урок предусмотрительности. Но кто же мог предполагать, что весна здесь протекает так бурно и что нас зальет водой вышедших из берегов сезонных горных рек!
— И я этого не ожидал, — откровенно признался Ганс. — Запасы же сделал только потому, что на меня произвел сильное впечатление случай со Стормером, когда он пытался похитить баллон. Я думаю, мы должны вывести наружу только тонкую водомерную трубку, чтобы знать, когда прекратится этот потоп и можно будет открыть иллюминатор. Сейчас я принесу трубку.
Ганс ушел.
Пассажиры так и не узнали, какой новой опасности они подверглись.
Ганс, Винклер и Цандер дежурили возле трубки всю ночь.
К двум часам утра из трубки полилась вода. Это значило, что уровень реки поднялся по крайней мере на метр над потолком ракеты.
— В этот час, если бы не новые запасы кислорода, началась бы смертельная паника. Ракета напомнила бы безнадежно затонувшую подводную лодку. Но, к счастью, все обошлось благополучно, и пассажиры мирно спят, — сказал Винклер.
— Что это? Пол как будто колышется? — спросил Ганс.
— Вероятно, снова землетрясение, — сказал Цандер. — Почва Венеры еще дышит.
— Нет, это не землетрясение. Мы испытываем не только толчки, но и плавное покачивание. Не всплыла ли ракета?
Медленные колебания перешли в настоящую качку, сопровождаемую толчками. Ракета поворачивалась. Пол то уходил из-под ног, то приподнимался.
— Стихия взбесилась, — нервно сказал Ганс. — Какие титанические силы увлекают ракету?
— И куда? Быть может, в бездну…
— Хорошо еще, если в морскую. Неприятно свалиться на камни со стратосферных высот…
Пассажиры проснулись. Полуодетые, выбегали они в коридор.
— В чем дело?
— Летим.
— Куда летим? На Землю?
Сильнейший удар свалил всех с ног. Послышались стоны, вопли.
— Немедленно ложиться в амортизационные ящики! — распорядился Цандер.
На этот раз все беспрекословно повиновались.
Проходили томительные минуты. Но толчки не повторялись. Утихла и качка. Быть может, ракета застряла в расщелине или ее выбросило на берег…
Ганс первый выбрался из ящика к водомерной трубке. Вода не текла. Ракета была совершенно неподвижна. Ганс рискнул отодвинуть ставень в кают-компании.
Ослепительно яркий луч солнца загорелся на стене, на лице и руках Ганса.
— Черт возьми! Это солнце слепит, как прожектор! — радостно воскликнул Ганс, прищуривая глаза. — А небо! Голубее земного, но немного тусклое, — наверно, от вулканической пыли. Не она ли окрашивает солнце и весь ландшафт в красновато-желтый цвет?..
Ганс вдруг громко запел, разнося радостную весть:
— Вставайте! Воскресайте, лежащие во гробах! Солнце Венеры приветствует вас… земные подонки! — прибавил он тише.
Температура в ракете быстро поднималась.
Это был день большого ликования даже у Стормера, и даже для Ганса у него нашлась ласковая улыбка.
Все столпились у окна. Перед ними среди гор расстилалась каменистая равнина. Многочисленные ручьи перерезали ее во всех направлениях. Всего несколько часов назад эта равнина была ложем грозного и могучего потока, который увлекал тяжелую ракету, как щепку. Равнина замыкалась цепью гор со снежными, конусообразными вершинами. Ни растений, ни птиц, ни зверей… Камень и вода…
