Где я?
- Автор: Комарьков Владимир Валерьевич
- Серия: Хроники Арли #1
- Год: 2022
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-532-04250-6
- Жанр: Героическая фантастика
Электронная книга - «Где я?». Краткое содержание книги:
– Ну, ты попросил… – замялся воин.
– Слушай, мне, конечно, не много лет, и у меня горб, но с головой-то все в порядке. Я к тому, что деревом притвориться больше не получится. Ты прекрасно понял, что я имел в виду.
Тот глубоко вздохнул, отводя взгляд.
– Епископ просил ни в чём тебе не отказывать, – я распахнул глаза от изумления, но Оррик тут же поправился: – Если это не нанесёт вред Ордену и Инквизиции.
– Понятно, – протянул я, хотя понятного стало ещё меньше. С чего такая забота? Сначала тюрьма и пытки, а теперь «и ни в чем себе не отказывай».
– Только не спрашивай, почему мне отдали такой приказ, – Оррик был очень серьёзен. – Я не скажу. И не потому, что не хочу, просто не знаю.
– Да ладно, – я хлопнул его по плечу, – скоро они сами мне все расскажут. – Терпения я набрался по самые… уши. Покажи уже, что скрывается под этой чудесной крышкой. Что-то боязно мне даже трогать это сокровище.
Оррик вроде бы даже облегчённо вздохнул. Облачко над его головой из серого сделалось светло-зелёным.
– Нет ничего проще, – громыхнул он радостно, нажимая пальцами в нескольких местах. Раздался зловещий хруст, и крышка медленно поползли вверх.
Я бросил на него подозрительный взгляд, но, судя по всему, все шло как должно. Когда механизм полностью откинул крышку, моему взору открылась ещё более удивительная картина.
Основное отличие заключалось в том, что в устройстве поворачивались не стрелки, а циферблат. Но не это главное. Я стоял и смотрел на произведение искусства. Как ещё можно назвать столь изящно выполненную инкрустацию, тонкие, словно лазером выжженные, узоры.
Мастер выбрал для своей работы цветочный стиль: лепестки, завитушки, листочки тончайшей работы. На циферблат нанесли ещё более сложный рисунок из переплетающихся цветов, на который была наложена сетка из делений, подписанных столь же вычурно, сколь и непонятно. Круг делился на тридцать равных частей. Внешняя стрелка стояла напротив деления с изображением маленькой птицы и каким-то символом.
Дальше я почему-то подумал про поговорку о баранах и воротах. Роль рогатого настойчиво предлагалась мне. К тому же я только сейчас сообразил, что весь мой текущий словарный запас сейчас сломается об эту забавную вещицу. В нем зияли просто чудовищные провалы в числительных. Ну не считал при мне никто даже до десяти. А главное, я не знал, как пишутся цифры и буквы.
Я беспомощно оглянулся на Оррика и успел заметить его заинтересованный взгляд. Ого! Да ты, друг, меня опять проверяешь! Придётся тебя разочаровать. Самое смешное, что не нарочно. Ни читать, ни считать я действительно не умею. Мой максимум на сегодняшний день – одна буква.
– Шестнадцать часов, – как ни в чем не бывало подсказал Оррик, ткнув пальцем в птичку с символом, в его голосе сквозила плохо скрываемая гордость за обладание столь удивительным по красоте предметом.
– А середина дня, это сколько?
Дальше мне была прочитана целая лекция по истории часов в общем и данного конкретного образца в частности. Коль скоро воин был склонен поговорить, мне удалось выведать кое-что и про более крупные отрезки времени: год, месяц, неделя – все, что до этого дня для меня оставалось тайной за семью печатями.
Сам принцип подсчёта времени головой уходил в далёкое прошлое. Настолько далёкое, что из людей, наверное, никто и не помнит, кто придумал разделение времени на года, года на месяцы, месяцы на дни и так далее. Самое важное: я узнал, что год – это четыреста пять дней, он делится на девять месяцев, при этом чёткое определение времени года отсутствует. Зима и лето – не более чем ощущения погоды, каждый год количество зимних месяцев может меняться, так же, как и в любых других сезонах. Впрочем, это не сильно отличается от того, что принято у нас, только тут подобное происходит в рамках одной страны. Например, февраль частенько перебегал из разряда зимних месяцев в весенние в случае, если тёплый сезон выпроваживал зиму раньше обычного.
Когда Оррик перечислял все девять месяцев, из моего лексикона выпали май, сентябрь и октябрь. Видимо, компьютер в моей голове не смог сопоставить местные названия с земными аналогами.
Сам месяц оказался в полтора раза длиннее земного и состоял из сорока пяти дней. При этом неделя была девятидневной, и в ней почему-то прописалось целых три среды. Система распознавания подглючивала, когда не находилось явных соответствий знакомым значениям.
Как я и предполагал, тридцать часов складывались в сутки, а деление их по минутам было весьма относительным. Минутные стрелки являлись роскошью, о которой обычные люди, как правило, не задумывались. Даже простые часы в деревянном корпусе и с часовым делением стоили заоблачные пять золотых, что для большинства людей – совершенно невообразимая сумма, которую невозможно заработать и за год, так что мне досталось целое состояние.