Роза [СИ]

Пошла игра на встречных курсах. Носимся как жеребцы. Все в мыле. Персональщик мой совсем скис. Останавливается после каждого рывка и как рыба на льду ловит воздух ртом. А я ничего, бодренький. Получаю мяч, ухожу от соперника, как от стоячего. Дотягиваю до правого угла штрафной и точно в ноги Шувалову. Витёк по хоккейному перекладывая корпус уклоняется от защитника и, заметив бросившегося с распростёртыми объятьями вратаря, аккуратно пускает тому между ног. Ну, вот такой он Шувалов. Любит с вывертом, а не просто так… 1:4.

Затем обменялись голами. Колобок по традиции уложил в уголок со штрафного, а у соперников Матвеев забил с пенальти. Последние минуты. Трибуны гонят своих забить хоть ещё один, но получается обрез. Васечка подхватив мяч отрывается от опекуна и несётся к воротам. Мы с Шуваловым и с чужими защитниками с топотом мчимся следом. Воротчик рванулся навстречу Васечке. Наш плеймейкер мастерски ковырнул мяч. «Черпачок» перелетел над выставленными руками вратаря, ударился в пыльной вратарской и покатился к ленточке. Торпедовец, из последних сил догонявший мяч, вложил все оставшиеся силы в отбой мяча. Извернувшись у линии ворот кренделем, пыром запулил с ленточки… Я как Андрей Болконский на поле Бородино, наблюдал за летящим в меня ядром. Удар мяча с трёх метров, как кувалдой в лицо. Задрав ноги вверх и пытаясь опереться руками о воздух, валюсь на землю, как сбитый самолёт.

И вот надо мной уже нет ничего кроме неба. Бело-серые облака, может быть когда-то проплывавшие над Аустерлицем, держат надо мной путь в свою небесную гавань. «Как тихо, спокойно и торжественно, словно и не бежали все как угорелые. Облака они порой как наши воспоминания – проплывают и исчезают за горизонтом.»