Путеводная звезда. Том 3

Ладно, корпоративная война, как и подготовка к ней, подождет. На повестке дня все же первичнее вопрос перехвата стратегической инициативы в борьбе за… За что? — спросил я сам себя. И сам себе ответил: в борьбе за власть и влиянием над этим миром. Если уж честно говорить, вроде все свои здесь, — хмыкнул я.

И вот этим вот вопросом я и планировал сейчас плотно заняться.

Не задерживаясь более у окна, я прошел вглубь виллы, прикидывая где лучше провести задуманное с Чумбой. Интерьер здания, у меня как у заместителя командира отряда варлорда однажды уже проецировался перед взором на визоре. Визора, правда, со мной сейчас не было, но из-за возможностей собственной феноменальной памяти я сейчас смотрел план здания просто в картинке воспоминаний. И остановил выбор на одной из пустующих гостевых спален.

Когда я уже подходил к выбранной комнате, с другой стороны коридора появилась Николетта. Я даже едва вздрогнул от неожиданности — потому что девушка была в белой корпоративной форме высшего руководства Некромикона.

Может быть Драго и привык к этому облику соратников за время своего нахождения здесь, на Занзибаре, но мне подобное все же в новинку: на некросов я давно привык смотреть как на враждебное окружение. А с того самого момента, как разрушил круг контроля на безымянном плато в Инферно, где, отражая вторжение орды демонов полег почти весь мой сводный отряд, на людей в форме Некромикона я смотрел еще и с определенными эмоциями.

Николетта, кстати, при виде меня сама не осталась равнодушной. Она, с одной стороны, тянулась ко мне, потому что Драго — это я. И Драго посоветовал ей доверять и слушаться меня во всем. Но одновременно она, наоборот, пыталась отгородиться от меня, потому что Драго — это не я.

Я не мог до конца понять, как девушка ко мне относится, потому что не мог до конца понять, как она относиться к нему. Николетта же старательно, пусть и не очень умело, старалась закрывать от меня собственные эмоции. Но с каждым разом, с каждой нашей встречей и беседой, то ли у нее это получалось хуже, то ли она ко мне привыкала и начинала более доверять. Или понемногу и то и другое — так что сейчас я уже полностью прочувствовал, как именно Николетта относится к Драго.

Влюбилась она в него совсем без головы, что ли?

Щеки Николетты заалели ярче — совсем как петербургское чистое небо во время осеннего заката. Так, теперь ясно все. Точно влюбилась, притом без памяти.

Нет, я знал и понимал, что Николетта к Драго неравнодушна. Но я просто не предполагал, что настолько — мне казалось, что у нее просто привязанность, благодарность, может быть даже влюбленность, все же столько вместе они пережили. Но того, что он для нее — единственный свет в окошке, я даже не предполагал. Даже не предполагал, что теперь для Николетты есть Драго, а есть все остальное.

Все ясно, кстати, сейчас стало не только мне. Не только для меня чувства и эмоции Николетты оказались как на ладони, но и мои догадки и понимание, зеркально, стали понятны ей. Николетта в момент этого осознания замерла, изо всех сил пытаясь сохранить хотя бы внешнюю невозмутимость.