Лекарства Фронтира

Олег нервно сглотнул, усилием воли запихнул все имеющиеся у него сомнения куда поглубже, шагнул вперед, поднял руку вверх зажигая в ней маленький язычок пламени для привлечения внимания, а потом буквально на одном дыхании громко и четко произнес то ли ну просто очень длинное предложение, то ли даже маленькую речь, тщательно проговаривая каждый звук и следя за интонациями. Смысл собственных слов чародей понимал с пятого на десятого, ибо они даже к нормальному языку Гипербореи имели примерно такое же отношение, как официальные бюрократические выверты к разговорной русской речи. Составленные с помощью Доброславы и словарей фразы указывали на то, что заявившийся к городскому арсеналу человек является полноправным гражданином древней державы, и в связи с опасной обстановкой намерен воспользоваться городским арсеналом, если только данное распоряжение не будет оспорено обладателем равного или более высокого статуса.

Наконец-то полностью выговорившийся Олег замолк, напряженно взирая на стражей арсенала, попарно стоящих у каждой из дверей, ведущих внутрь древнего строение. Те молчали и не двигались, хотя чародей мог бы поклясться, что все внимание мертвецов теперь сосредоточено на нем одном. Причем не только их одних. Оракул-самоучка внезапно ощутил себя, словно жук, попавший под увеличительное стекло пытливого энтомолога и осознавший это… Нет, скорее бактерия, которая взирает на глаз ученого, пялящегося на неё через микроскоп! Смутные образы, возникшие в сознании выходца из другого мира, были очень нечеткими и размытыми, однако он не сомневался — его услышали. И стражи городского арсенала. И те обладатели полноценного или почти полноценного разума, кто уже больше тысячи лет управлял ими в Колыбели Монстров. И существа или сущности, которым столь внезапное заявление-просьбу в связи с чрезвычайной ситуацией передали по командной цепочке. Мгновения шли одно за другим, но охранники арсенала по-прежнему бездействовали, видимо дожидаясь ответа от своего начальства. Вот только пришел он совсем не им, ведь зашевелились стражи тюрьмы, покинув свой пост и двинувшись развернутым строем к человеку, объявившему себя гражданином Гипербореи. Шестеро покойников, выглядящих абсолютно одинаково, но отличающихся от обычных патрульных рисунками на масках и дизайном боевых посохов уперли в животы концы своего оружия, недвусмысленно направив на Олега кристаллы, венчающие окончание этого волшебного аналога винтовок. Последний, которого от подчиненных отличало наличие двух кинжалов в прозрачных хрустальных ножнах и держащиеся на честном слове обрывки плаща, требовательным жестом протянул по направлению к гражданину Гипербореи свою руку, а после заговорил, с явным трудом выплевывая звуки из веками сомкнутого рта вместе с целыми облаками пыли. И пусть слова чародей смог разобрать далеко не все, но несколько ключевых терминов он все-таки уловил: арест, мятеж, суд, правовой статус… А потом покойника смело Доброславой, умудрившейся буквально за одно движение и сбить его с ног, и обезглавить, попросту оторвав черепушку вместе с рядом шейных позвонков. Правда, в кащенитку-изгнанницу вонзились оба вылетевших из хрустальных ножен зачарованных кинжала, с легкостью пропоровших изменяющие форму вместе с хозяйкой доспехи, однако любовница Олега подобные травмы могла вынести без серьезных проблем… По крайней мере, если быстро вытащить из ран оружие, способное быстро поглощать жизненную силу и в конечном итоге осушить даже оборотня.