Любава

— Я так понимаю, происхождение девочки находится под большим вопросом. Никаких документов на нее нет, верно? — взглянул он на Илию.

— Совершенно верно, — кивнул тот. — Кроме медкарты из больницы и запроса оттуда же о беспризорном ребенке с вымышленным именем и возрастом навскидку у нас ничего нет. Но я уверен, что она Зоськина дочь, хотя и не понятно, как Зоська смогла воспроизвести на свет это чудо.

— Расскажите, пожалуйста, все, что знаете о девочке и этой Зоське, — попросил поверенный.

Пока Илия рассказывал, Вадим записывал за ним то, что считал важным. Когда мужчина закончил, он задумчиво, совсем как Протасова, постучал ручкой по ежедневнику.

— Девочку вам не отдадут, — вздохнув, резюмировал он. — В России, да, собственно, и нигде, не принято отдавать маленьких девочек неженатым мужчинам на удочерение. Особенно, если они по крови не родственники. А это доказывается элементарно — простейшим тестом ДНК. Поэтому про опеку над девочкой можете забыть, по крайней мере, пока не женитесь.

— Я не отдам ее в детский дом, — мрачно произнес Илия. — Какие еще есть варианты? Если женюсь, опека возможна?

— А мне? Мне вы ее отдадите? — внезапно произнесла Протасова и, улыбнувшись на воззрившихся на нее в немом изумлении обоих мужчин, усмехнулась. — Что? Что вас так изумило? Родить я не смогу, это не секрет. Об усыновлении я думала, но болезнь Димы… — Анна вздохнула. — Любава чудесный ребенок. Сильный, независимый. Она не посрамит род Протасовых. Я буду рада стать ей матерью. К тому же… — Анна улыбнулась, — это дитя мне было даровано самим храмом. Что скажете, Илия? Мне вы девочку доверите?

Подняв голову, Илия взглянул на Любаву. Для нее это был самый наилучший вариант — Протасова все сделает для девочки. В том, что ей ребенка отдадут, не было ни малейшего сомнения — никто и не пикнет ни разу. И видеть он ее сможет, если останется в Ивантеевке… Он медленно кивнул и взглянул на Анну.

— Это будет наилучшим вариантом для Любавы, — уверенно сказал он.

— Вадим? — Протасова перевела взгляд на поверенного.

— Проблем с удочерением не будет, мы легко разберемся с бумажками, — улыбнулся тот.

— Вот и отлично. С Любавой разобрались. Илия, чем вам я не угодила и куда? — с усмешкой спросила она.

— Я боюсь, что стану для вас большой проблемой. С Сергеем Николаевичем у нас отношения, мягко говоря, не сложились, — развел руками мужчина, откидываясь на спинку стула. — Он может начать вставлять вам палки в колеса.

— Вы даже представить себе не можете, насколько сложно это сделать, тем более ему, — усмехнулась Протасова. — Про Невженова вообще забудьте. Он будет делать то, что ему скажут. Если пожелаете, вы с ним вообще никак контактировать не будете, даже не увидите его ни разу. Но на посту мэра он мне нужен и очень выгоден. Что еще вас волнует?

— Епархия. Они могут иметь возражения… — начал Илия.

— Мои возражения важнее. Они сами утвердили вашу кандидатуру, как лучший вариант. Вот и пусть следуют своим же выводам. Худшего на пост управляющего строительством мне не надо. Храм слишком важен. А против вас у них нет ни одного аргумента. Вадим, мое вмешательство по данному вопросу потребуется? — перевела она взгляд на усмехнувшегося мужчину.