Хранительница искры

Портнихи шили новую одежду, а особенно талантливые мастерицы трудились над свадебным платьем для невесты. Слуги драили замок до блеска и скрипа. Гвен взбудоражено носилась по своему огромному кухонному королевству, составляя меню блюд. Раненые постепенно шли на поправку, но Мидэя наравне с остальными ведуньями неустанно хлопотала возле них, поднимая героев на ноги. И каждый день, во второй его половине, она отправлялась в стан вольверинов, чтобы проведать Ахилла.

— Он уже встаёт с постели и бродит по шатру, — пожаловалась на него Аврора. — Говорит, что всё в порядке, но я вижу, как он кривится, когда садится.

— Это я чтобы ты меня лишний раз пожалела, — хмыкнул Ахилл. — Боюсь я, фрэя, как бы князь Данат от ревности не вспылил. Слишком часто ты ко мне захаживаешь.

— Я что тебе надоела? — прищурив взгляд, Мидэя лукаво закусила губу.

— Нет, что ты. Просто меня смущают эти почести. Я обычный вольверин, пострадавший в бою, как и другие оборотни. Мне бесконечно дорога наша дружба, но я не хочу отвлекать тебя от более важных дел.

— Ты не обычный, я вижу в тебе особенного вольверина, — улыбнулась Мидэя. — Но если честно, я ещё сбегаю сюда, потому что прячусь от портних и Гвен, которая замучила меня с подачей блюд к празднику. Она даже сон от волнения потеряла, одно спрашивает, что едят вольверины, да что предпочитают эльфы. А Даната сейчас нет, он объезжает свои земли, проверяя, не осталось ли недобитков морока. Но, раз уж моя компания так отягощает твою скромность, пойду туда, где мне всегда рады.

— Ой, да брось, ты всё равно к нему собиралась, шутница, — поймав её за руку и дёрнув на себя, Ахилл уложил её рядом с собой.

Порой оборотни вели себя по дикому странно, в понимании людей, не говоря уже об эльфах, которых грубые замашки вольверинов приводили в настоящий ужас. Да даже Данат, если бы увидал, как его невеста лежит в обнимку с оборотнем — уже схватился бы за меч. Но вот так вот необычно Ахилл показывал ей свою привязанность и симпатию, совершенно не намереваясь её оскорбить. Он больше был похож на большого пса, ластящегося к своему любимому хозяину. — Скажи, фрэя, ты уже выбрала хранителя среди вольверинов? Поэтому сказала, что я особенный?

— Выбираю не я, а пламя, — загадочно улыбнулась она. — На празднике всё узнаете. Вы с Авророй ведь придёте?

— Будем обязательно! Передай остроухому, пусть больше нюхает цветов, не сидит на сквозняках и ест побольше зелени! Он ведь восстановится до того, как нужно будет выдавать замуж твою дочь? — засмеялся, отпуская её Ахилл.

— Не измывайся, Авьен серьёзный мужчина, … он нюхает цветы только когда никто его не видит, — этот оборотень всегда умудрялся поднимать ей настроение и заставлял улыбаться. Такой уж у него был нрав. И видимо, поэтому его выбрало пламя, а вовсе не потому что он был её другом.

На землях эльфов царило лето. Даже обладая тем багажом знаний, которым владела Мидэя, всё равно попадая сюда, она словно попадала в сказку. Одна только эта ненавязчивая, еле различимая музыка эльфийской магии, качающейся на ветвях вместе с ветром, чего стоила! Здесь водились цветы, которые нигде больше не встречались, и все цвета были ярче, сочнее, даже если рассматривать обычную лужу. Эльфы любили окружать себя красотой, солнцем, зеленью, драгоценными камнями и удобством.