За все, чем мы дорожим

– Иди сюда, покажу кое-чего.

Парень недоуменно поднял бровь, но подошел. Не особо стесняясь остальных, Женя наполовину распахнула рубашку и скинула ее с левого плеча. Следы любых травм у нее оставались очень надолго, эти шрамы, скорее всего, навсегда, но ее это никогда особо не волновало. А сейчас вот даже пригодилось.

– Огнестрельные ранения отличать умеешь? – поинтересовалась Женя, глядя на «разоблачителя» в упор. Он ошалело кивнул. – Не буду заливать, что лично убила того, кто в меня стрелял. Я позорнейше вырубилась, спасибо ребятам, прикрыли. На бедре такое же, но тут уж придется обойтись без демонстрации, – она пародийно расшаркалась.

Парень явно не знал, куда девать глаза. Фигура у Жени была почти мальчишеской, но именно что «почти» – все-таки ей было семнадцать, и под майкой на узких бретелях вырисовывались все положенные формы. А тут, получается, и наехал зря, и чуть ли не вынудил перед собой раздеваться. Неизвестно, сколько еще он бы так простоял, хлопая глазами, но в этот момент к ним подошел высокий юноша, безумно похожий на коммандера Нуарэ, только значительно младше. Немного покровительственным движением он накинул рубашку Жени обратно.

– Не унижайся. Без всяких доказательств понятно, что ты не врешь. Во-первых, я вижу, как ты двигаешься. Во-вторых, не все планеты охвачены сетью туннелей, и что там, мы действительно не знаем. А в-третьих, нужно совсем не знать моего брата, чтобы придумывать небылицы о полетах с ним. А я вас видел рядом, так что у меня неопровержимые факты.

– Ты… брат Нуарэ? – можно было бы и не спрашивать, слишком похожи.

– Да, – в голосе звучала гордость. – А зовут меня Эрик.

– Женя, – она протянула руку. – Хотя здесь меня чаще называют Эжени.

– Ты не похожа на этническую француженку, – задумчиво проговорил Эрик.

– Я русская. Полностью меня зовут Евгения Николаева, но я сто лет так не представляюсь. Просто Женя. Ранее член космической группировки «Синяя Молния», еще ранее член космической группировки «Пантера», – Женя не могла не скорчить рожу «разоблачителю».

– О, мне похвастаться пока нечем. Но рад знакомству.

– Взаимно. И вообще, спасибо за поддержку. Ну что такое, в Сфере регулярно глаза таращили, как это девчонка и боевик, теперь тут глаза таращат. А ты сразу все по полочкам, я бы сама так не смогла.

Эрик лишь неопределенно дернул плечом – мол, а как иначе? – и продолжал размышлять вслух:

– Русский, точно. Я все думал, что у тебя за акцент. Кстати, ты очень хорошо говоришь на пиджине.

– Вся Сфера так. У нас же народ с трех планет, этнически вообще мешанина полная, так что родные языки не в чести. Поэтому я акценты не различаю. Люсьен… в смысле, энсин Деверо как-то извинялся, что у него акцент, а я и не слышу. Понятно, что говорит, ну и что еще надо?

– «Люсьен», ну надо же, – фыркнул «разоблачитель». – Еще не поступила, а уже неуставняк.

– Не спеши выпендриться, не облажаешься, – ехидно заметил Эрик. – Ничего, что Эжени еще и гражданкой-то не была и общалась с экипажем как частное лицо?