К тебе через Туманы

Дочь!

Улыбнувшись, я протянула к Итану руку и тут же ощутила новую боль, которая оказалась неожиданностью для всех. А спустя пару минут в присутствии пятерых мужиков, которые к чести попытались покинуть комнату, но в общей суматохе не успели, у меня родилась вторая дочь.

Двойня!

От счастья я даже забыла, что лежу тут на виду у кучи народа. Ворча, повитуха отогнала вардов в сторону и со знанием дела, подправив занавеску, принялась за послед. Но я заметила, что она как-то странно головой покачивает. А потом так и вовсе подозвала вард Сая. К слову я его всю беременность не подпускала к себе. Мне было стыдно даже от мысли, что он будет касаться моего обнаженного живота, или еще хуже, заглядывать в другие места. Поэтому выдержав настоящий бой, не бес помощи Селестины правда, я отстояла свое право на повитуху женщину. Это был единственный спор, который я не просто выдержала, не сдавшись, но еще и вышла победительницей. В остальных случаях я позорно уступала Итану. Приходилось приспосабливаться под его жесткий, и даже деспотичный характер. Но проявляя мягкость, я часто все же оставалась в выигрыше и очень скоро поняла, что спорить с вардами себе дороже. Если у Селестины хватало напора отстоять свое мнение, то я брала хитростью и ласкою. Но сейчас проявлять мягкость я была не способна, боль снова сковала тело и отдалась жуткими потугами. Я громко застонала и поймала взгляд Итана, он был бледен как стена. Руки тряслись, а лоб так вообще в испарине. Кто тут из нас вообще рожает!? Еще несколько минут мучений и комнату огласил третий крик.

Тройня!

— Это последний? – прошептал Каил, позорно отступая к двери.- Видят высшие, десять раз подумаю прежде, чем позволять своей паре рожать. Это же кошмар!

— Пошел вот отсюда! – простонала я.- Что вы приперлись вообще, мне же стыдно олухи. Пошли вон за дверь.

— Сай, сколько там младенцев? – выдохнул Итан, который, в отличие от братьев, никуда уходить и не собирался. Хотя услышав его вопрос, засобиравшиеся вроде как на выход, эти бесстыдники встали как вкопанные и глянули куда-то мне на живот, скрытый от них ширмой.

— Да убирайтесь же вы! – взвыла я в голос, рыдания вырвались наружу. - Итан уведи их, всех и Сая тоже. Не надо мне между ног заглядывать. Уйдите, мне же больно, я устала, а вы тут из моих родов смотрины устроили.

Я рыдала и от счастья, и от стыда, и от обиды на них за то, что даже не подумали о том, каково мне тужиться в их присутствии. Черствые сухари, все без исключения.

— На выход все! – гаркнул Итан.- Расстраиваете мне малышку! Выйду все расскажу.