Сон Феникса. Корона Ангела

Ван Альго де Кристеллер в своем репертуаре. Темное лицо, красные шрамы на щеках, швы, затягивающие разрезы на губах, искрящиеся золотом глаза с алым проблеском, темные длинные волосы, бледные руки и черные ногти, вокруг которых кружатся дымные струйки. Темный Алхимик и Отец Катаклизма – тот, кого мне предстоит сегодня одолеть.

– Мастер Радон, – услышала я ледяной шепот Ван Альго де Кристеллера, – какого это… вести этих людей на смерть?

– Я веду их к победе, – отрезал наш главнокомандующий.

Хмыкнув, Кристеллер посмотрел на меня. Я задержала дыхание на мгновение и крепче сжала Корону Ангела, которую держала в руках.

– Эмили Мерседес Грей…

– Блэк, – оборвала я его речь, – теперь я – Блэк!

Кристеллер мельком взглянул на мою правую руку, а потом посмотрел на Ламберта. Губы Отца Катаклизма довольно растянулись, что, казалось, порвутся все швы.

– Мои поздравления, – продолжил он с любезностью, – надеюсь, вчерашняя ночь предоставила тебе все удовольствия, ведь… сегодня ты сделала выбор, не в свою пользу.

Я не ответила.

– Каково это? Каково преодолеть столько опасностей, препятствий и сражений? Каково бросить все и отправиться на поиски этой… шапочки… Каково рискнуть собой и всем, что тебе дорого, лишь для того, чтобы победить меня? И каково проиграть в итоге?

– Я еще не проиграла, – ответила я.

– Пока нет… Эмили, будь благоразумна… неужели ты думаешь, что эти люди из Резервации смогут выстоять против моего легиона Порождений? Напомни-ка мне… как долго ты со своими друзьями сражалась с одним из них на своих заданиях? Думаю, для победы над одним из них приходилось потратить много сил и времени… а сейчас…

– Я убила Порождение-духа. Да, Кристеллер, я сделала то, чего еще никому не удавалось. В Муреновой Впадине я убила обезумевшего духа Эль-Тора, мы сразили целую армию Пишачи и разобрались с твоим прислужником Протеем.

– Впечатляет… но этого недостаточно. Победу над всеми этими Порождениями одержали ты и твои друзья, а что до остальных? Многие из них впервые столкнутся с Порождениями… признайся, Эмили, ты винишь себя в том, что эти люди стоят за тобой, что они защищают тебя, чтобы ты смогла добраться… до меня…

Он прав. Чувство вины действительно скрылось во мне. Я не желаю, чтобы еще кто-то погиб из-за меня.

– Сегодня все они дали клятву, что пойдут за ней до конца, – вставил Мастер Радон, – они – свободные люди. И это их выбор. Никто не заставлял их идти сражаться. Все они приняли это решение сами.

Кристеллеру эти слова не понравились.

– Как я вижу, вы созвали не только людей, гомункулов и василисков. Немезида, Элеазар, как так получилось, что вы покинули свой дом?

– Эта война не только вашего мира, – ответил Элеазар, – но и нашего. Мы знаем, что ты не намерен остановиться на господстве одного этого мира. После победы ты пустишь свои когти в мир демонов.