Ночь до дедлайна

- Василич когда-то был моим преподом по дизайну.

- В универе?

- Нет, я не учился в универе.

Я округлила глаза, он рассмеялся.

- Я вообще не учился, я сразу работать пошёл, ещё в школе. У меня нет высшего образования, Алис, я не могу здесь учиться, я гастарбайтер.

У меня опять чуть не выпали глаза:

- Ты не русский?

Он шутливо понизил голос и по секрету сказал:

- Я даже не Миша.

Я опять уронила челюсть, он рассмеялся, прищурил один глаз:

- Это мой большой секрет. Наш сисадмин тоже не Ваня, к слову.

- Про Ваню я догадывалась, - пробурчала я, - а по поводу тебя - нет.

- У меня мама русская, так что по мне почти не видно, но документы не спрячешь. Я только недавно паспорт русский получил, а до этого – без бумажки ты букашка. Я работал без оформления, и параллельно учился на курсах, таких, знаешь, говнокурсах, где вместо диплома дают всратый листочек, отпечатанный на принтере. И вот там преподавал когда-то Василич, я не знаю, чего его потянуло в преподавание, но, судя по тому, что все лучшие ученики сейчас работают на него - он просто кадры искал. Он меня отметил как способного, я хорошо учился, ещё курс не закончился, как он подкинул мне работу, потом ещё одну, я параллельно вечерами мутил бизнес по производству ящиков и поддонов, вот этих штук, на которые журналы грузятся. Он приносит прибыль, не особенно большую, но позволяющую не держаться за рабочее место, если там не интересно. Учитывая, что мы это вдвоём с другом делаем, я могу даже пропасть на какое-то время, он справится без меня. Я уже и в играх работал, и в мебели, и в рекламе, и в строительстве - как только становится скучно, я ухожу, в Москве с этим очень легко, там работы море. А сюда меня Василич зазвал в прошлом году, он тоже этот бизнес начал сам, когда-то он сидел в углу, где сейчас Тоня сидит, сам статьи писал, сам дизайн придумывал, ему было это интересно. Потом он набрал специалистов, увеличил тираж, всё встало на стабильные рельсы, он заскучал и оставил всё на Богдана Виталича, это брат его жены, а сам ушёл развивать другие проекты. А Бодя скурвился, когда власть почувствовал, стал набирать шлюх, не глядя на то, что они мочалки бессмысленные, и работать не могут. Мочалки балду пинают и ногти красят целыми днями, воняет на всю редакцию, зайти невозможно, а нормальные кадры делают их работу. Но люди же не слепые, им это не нравилось, у кого был выбор, те быстро поувольнялись, остались только те, кто особо шевелиться не хочет. Естественно, журнал стал скатываться и плохо продаваться, он же специфический, его выписывают оружейные салоны, всякие заводы и магазины оборудования, они увидели в статьях ошибки, стали писать в редакцию, а оттуда глухо – опровержение не напечатали, не извинились. Серьёзные люди возмутились, вышли через знакомых на Василича, и доложили, что его отличный журнал скатился. Он занервничал, и попросил меня как бы устроиться сюда, как раз предыдущий начальник дизайнерского отдела ушёл, как я потом узнал, после того, как на него спихнули ошибку главреда. Меня взяли на его место, на такое место вообще не особо много желающих - зарплата маленькая, ответственность большая, меня и без блата приняли. Я почти год отработал, с осени, задолбался до чёртиков. Но я не жалею, я даже из такого болота бриллиант умудрился вытащить.