Гамбит. Конь без масти
- Автор: Vollmond Leo
- Серия: Добро пожаловать в Нордэм #6
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Криминальные детективы
Электронная книга - «Гамбит. Конь без масти». Краткое содержание книги:
Северо-Восток США относится к самым густонаселенным районам страны. Нордэм типичный мегаполис территории промышленного Севера с многомиллионным населением. Социальные проблемы здесь обострены до предела: криминал, коррупция, безработица, расслоение, нехватка жилья, наплевательское отношение властей к выходцам из неблагополучных районов. Как выясняется, наличие средств и положения в обществе так же не гарантируют обретение личного счастья. Деньги не приносят любви, власть – долгожданный покой, а внутренние демоны оказываются вполне реальными.
Содержит нецензурную брань.
Понял и смолчал. Что можно сказать человеку, чье мировосприятие разбивается вдребезги при столкновении с реальностью? Грегори сам прошел через это путем из ошибок и ошибок и с Адамом, и с Лиамом. За свою жизнь, он наделал их много. Больше, чем мог себе простить, и замызганный пес с помойки лишь их далекий отголосок. Только спустя несколько десятков прожитых лет Грегори начал понимать, что условностями можно и пренебречь, ведь жизнь, к сожалению, всего одна, и деньги не согреют тебя ночью. Их наличие, без малейшего сомнения, предпочтительнее, но, к сожалению, не все за деньги можно купить. Адам же, казалось, въезжал в наезженную Грегори колею, причем сознательно, и сворачивать из нее не собирался, лишь сильнее жал на газ, особенно на крутых поворотах.
– Она сильная, намного сильнее, чем мы думали, – Грегори говорил о собаке не больше, чем сейчас говорил о ней сам Адам, и снова подлил в миску воды, пряча от сына опечаленный и стыдливый взгляд.
– Наша человечность определяется нашей верой, нашими страхами, нашей болью, – Грегори погладил собаку по холке, когда животное, наконец, напилось и подняло морду от миски.
– Именно это и делает нас людьми, Адам, – и опять контекст слов отца был далек от животного, пусть и обладавшего примитивным разумом.
– Ты учил меня, что нельзя недооценивать людей, а я… – сокрушался Адам, разводя руками, и задел дном стеклянной бутылки пол. – Хотел все контролировать… – ненадолго потерял он нить рассуждения и заполнил паузу большим глотком джина.
– Когда я все держал под контролем, то знал, что делаю, видел, что происходит с людьми, когда они переходят грань, видел, как они ломаются, – Адам закрыл глаза, сглатывая стоявший в горле ком и прогоняя день смерти Томпсона из воспоминаний. – Я сам толкал их в бездну, всех их… её… – он с силой ударил затылком о вздрогнувшие дверцы шкафов. – Сам, – повторил он удар, будто наказывая себя этим.
– Ты хочешь невозможного, Адам, – немного смягчившись, слушая сына, Грегори сел напротив него, вытянув ноги, и вынул из ослабевших рук Адама бутылку. – Ты хочешь видеть в смерти человечность, – взболтнув содержимое, Грегори отпил совсем немного, только для дезинфекции пространства вокруг себя выдыхаемым воздухом. – Но порой смерть – это просто смерть, порой это избавление от мук, а порой – логичное окончание жизни, – закончил он и вернул бутылку сыну, который по ней уже заскучал.
Пусть уж тот топит свое горе в вине, чем в чувстве вины. Каламбур был очень удачный, если бы не самое неудачное стечение обстоятельств, благодаря которому он возник.
– Я не верил ей, я не верил Ашеру, – Адаму показалось, что этот список он может продолжать бесконечно, но на имени Кельта он остановился и словно вычеркнул его оттуда навсегда.
Грегори только сглотнул горечь джина и привкус пепла. Предупредить Адама он был обязан, но мучить и без того измотанного сына предсмертным посланием его друга, Грегори не станет. То, о чем Адам не знает, его не беспокоит. Так ведь это работает, верно, Грег? И Ларссон промолчал. Опять. Снова. Если Ашер умер, этого уже не исправишь, а Адаму нужна надежда для его человечности, которой и так Гектор наплакал. Еще шаг и Адам сорвется в ту самую бездну, о которой так поэтично распевает под распитием уже немалой дозы алкоголя.
– Хочешь сказать, что моя паранойя оправдана? – с неким смирением принял Адам.
– Подозрительность всегда оправдана, – Грегори опять забрал бутылку из рук Адама и указал ей на собаку, доедавшую телятину с серебреного блюда, прежде, чем отпить из нее.
Да, Грегори не уточнил, что постфактум, и эта подозрительность возымела последствия с пролонгирующим эффектом. Он предупреждал сына ранее, но Адам, а точнее мистер Тотальный Контроль в его голове, смотрел и не видел. Грегори не настолько жесток, чтобы сказать Адаму об этом, и, возможно, слишком эгоистичен, чтобы подтолкнуть старшего сына на грань сумасшествия. Дать своему ребенку надежду, что все наладится, – это все, что он, как родитель, мог сейчас сделать.
– Моя подозрительность стоила трех жизней, пап, и неизвестно, сколько еще теперь она унесет с собой, – безапелляционно ответил Адам, как всегда строгий к окружающим и к себе, безжалостный, если быть точным.
– Ты должен помнить, Адам, – Грегори бы хотел сказать, что порой люди заслуживают, чтобы их вера вознаграждалась, но если и эта парадигма рухнет, бездна придет за душой Адама и, скорее всего, свое получит, и как можно мягче добавил: – Твой контроль не всесилен.