Замуж по приказу

Бас с легкостью разжал мои пальцы и, перед тем как умчаться, коротко мне усмехнулся. В нем сейчас было намного больше уверенности, чем днем ранее, и, наверно, только поэтому я сдержалась, не рванула следом, не кричала вдогонку, лишь прикусила дрожащую губу и позволила Герману вести меня куда-то прочь.

Ник отлично справился со своей задачей, помог Басу поспать, отключив в камере свет и отвлекающие факторы. Мы верно решили, что близко к Басу рисковал подходить только Мартин, а остальные, надзиратели, следили за ним из других помещений через камеры. Ник говорил, что ему раз плюнуть взломать доступ к видеонаблюдению, записать отрезки и миксовать их, создавая видимость того, что Бас не спит, а когда клюет носом, получает… Наверно, мне правда лучше не знать, как именно его морили бессонницей.

В суматохе на нас с Германом не обращали внимания. Только когда мы подобрались к черному выходу, пришлось вырубить нескольких охранников.

На свежем воздухе кружился в медленном танце снег. Тишина и мирная белизна оглушили меня на несколько мгновений. Герман спешил, я едва поспевала за ним, с трудом заставляя себя не оборачиваться.

Бас ведь не убьет Мартина? А зачем тогда он пошел его искать?

За поворотом притаились два джипа, и в тот, что собирался уезжать, хотели запаковать меня. Ну нет. Я буду ждать, пока Бас не выйдет. Как бы опасно это ни было.

— Снимай куртку, — сказала Афина и сама сняла свою кожанку, обнажая кобуру. Я пару раз хлопнула ресницами, приходя в себя, ибо она расстегнула ремни и протянула кобуру мне. — Тебе больше пригодится, раз такая смелая.

— Но это не пистолет… — пробормотала я, осматривая оружие.

— Стреляет снотворным. Это куда лучше действует против ресемиторов, если не умеешь толком целиться.

Странно было цеплять на себя ту кобуру, которая испугала меня когда-то в кафе. Афина в двух словах объяснила, как пользоваться оружием, и уехала с другими членами команды. Ждать Баса остались Герман и я.

Он нервно посматривал на часы и на выход из подземного города. Оттуда спасались многие жители Лагеря, но Баса среди них не было. Через минут десять поток людей вовсе иссяк. Все вышли или проход завалило?

Герман кинул назад ко мне недовольный взгляд и махнул рукой.

— Пойдем.

Едва мы выбрались из машины, ощутили, как под ногами дрожит земля. Где-то ухало, будто падал метеоритный дождь, не меньше. Что, если подземный город начал обваливаться?

— Бас разве выживет, если на него грохнется пару этажей Лагеря? — не сдержала я волнение внутри.

Герман оторвался от пристального созерцания окружающей местности и сфокусировал свой мрачный взгляд на мне.

— Это не Лагерь, он так просто не рухнет. Это сверху. Держись рядом.

Перебежками между спящими деревьями, пригибаясь к сугробам, не попадаясь никому на глаза, мы двигались туда, откуда доносились звуки. Земля вздрагивала все мощнее, с елей ссыпались снежные залежи. Металось заполошно в груди мое сердце — если Герман оставил машину, значит ли это, что Бас туда не вернется?