Электронная книга - «Артефакт Смотрителей». Краткое содержание книги:
В Малинник Вика вернулась на два дня раньше, чем обещала, и, к своему облегчению, обнаружила, что на "Чайке", куда она переместилась Прыжком, не заходя в город, всё в полном порядке. Соратники, экипаж и абордажники, как повелительница им и приказывала, к вечеру в полном составе находились на борту.
— Рада видеть всех в добром здравии, — поприветствовала она друзей и офицеров корабля, наблюдавших закат, беседуя за накрытым на юте столом, — Ого, Дубок, да ты не с разбитым лицом! Взрослеешь, брат, — засмеялась она, видя реакцию настоящего, неподдельного восторга своих людей, — Давно пора, в твоём-то возрасте.
— Госпожа! — первым вскочил Клойк, а за ним все остальные.
В такие моменты обычно наступало некоторое смятение — Викины близкие всегда терялись, не зная, как себя вести. Хотелось с радостью обнять благодетельницу и госпожу, но смущал её высокий статус и публичность встречи. Пожалуй, только два человека в этом мире могли наплевать на условности и броситься с объятиями к госпоже Тень — брат Гнеш и старый друг Рудий, да, ещё и герцогиня Урания, конечно — только их здесь сейчас не было. Даже Дебор на людях себе не позволял чрезмерной фамильярности, хотя ни для кого из окружающих не было большого секрета в том, какое место он занимает в жизни повелительницы.
Чтобы снять неловкость, Вика раздвинула Сакрифа с Оникаром, села за стол и взяла чей-то не наполненный кубок.
— Мне нальёт кто-нибудь, или я сама за собой должна ухаживать? — весело посмотрела она на своих людей, — Садитесь уже. Рассказывайте, как вы тут без меня безобразничали.
Словно по команде, все отмерли и наперебой начали убеждать повелительницу, что об их плохом поведении в её отсутствие и речь идти не может. Капитан кратко перечислил товары, которыми он забил трюм. "Не помешают, — убеждённо сказал он, — А в Иль-Малане, тем более, в Рейв-Кане можно с выгодой скинуть оптовикам", лейтенант-маг Ревиния с юмором поведала, как она измучилась с женой воеводы. Нет, исцеление-то местной царицы прошло успешно и довольно быстро, но той так понравился сам процесс лечения, что воеводша начала просто придумывать себе всё новые и новые болячки.
Дубок вклинился с кратким художественным очерком о том, какой негодяй староста малинниковских носильщиков, и скольких усилий стоило не набить ему морду. Твёрдость характера, позволившая главному лесничему себя сдержать, и сейчас написанная на его лице, требовала похвалы. Разумеется, повелительница с ней не задержалась.
Вика попивала вино и, не стесняясь, сметала со стола почти всё, до чего могла дотянуться — она сегодня в пути оставила себя не только без ужина, но и без обеда, так торопилась. Ей было по настоящему хорошо в компании соратников и с добытым артефактом Смотрителей.
Барка с огорчением продемонстрировала содранный на указательном пальце правой руки лак и просительно посмотрела на госпожу.
— Ни чего себе, — посочувствовала соратнице Вика, взяв её руку с повреждённым ногтем, — Ты в кого так неудачно пальцем ткнула? Ладно, ерунда, — успокоила она молодую женщину, — С утра исправим эту беду. Есть у нас ещё порох в пороховницах — почти треть флакончика осталась. Поделюсь. Сакриф, — повелительница вновь повернула голову к капитану, — Я правильно понимаю, что мы полностью готовы к отплытию?
— Готовы. Хоть сейчас, — тот отставил кубок и принял такой вид, как будто бы немедленно хочет дать команду поднять якорь, — Боцман даже организовал помывку гребцов.
— Малк! — крикнула Вика.
Боцман на судне считался унтер-офицером и поэтому за накрытым на юте столом отсутствовал, что ему конечно же не мешало с другими своими людьми устроить посиделки на палубе ближе в корабельному носу. Однако, увидев прибытие повелительницы, весь унтер-офицерский состав своё застолье покинул и маячил на глазах госпожи в десятке шагов.
— Да, госпожа, — подбежал боцман.
— Спасибо тебе, Малк, — похвалила его Вика, — У меня порой из головы вылетает напомнить, так хоть ты проявляешь своевременную инициативу. Молодец, позаботился о гребцах. Не только вином упиваться умеешь, — подмигнула она унтер-офицеру.
Тот покраснел, то ли от похвалы, то ли от напоминания об его хулиганстве в Рейв-Кане. Приглашению присоединиться за стол к самой повелительнице обрадовался так, что сидел потом до конца вечеринки, раздувшись от довольства, не открывая рта для разговора и ни к чему не притрагиваясь — ни к еде, ни, тем более, к вину или элю.