Время не властно [Timeless]

Приближаясь к той самой пещере, через которую он проник в подвал замка, хафлинг молился про себя, чтобы отравленный прислужник по-прежнему мирно спал. Из дверного проема донесся храп, и Реджис ухмыльнулся; успокоившись, он смело вошел в помещение. Однако уверенность в себе тут же испарилась – ведь его ждал канал, покрытый коркой льда. Да, он знал, что не утонет в убийственно студеной воде, но перспектива замерзнуть насмерть его тоже не привлекала.

Шпион обнаружил оглушительно храпевшего слугу на том же месте, где оставил его. Не тратя времени даром, Реджис начал сбрасывать лишнюю одежду, затем запихнул плащ, сапоги и рубашку в магический мешок.

Снимая с шеи шнурок с ручным арбалетом, он услышал чьи-то шаги в коридоре и недовольно фыркнул, подумав, что один из упрямых стражников очнулся и преследует его.

– Ну что ж, ты сам этого хотел, – прошептал он, вложил в самострел дротик и взвел механизм.

Дверь распахнулась, но на пороге появился вовсе не стражник; это была женщина – высокая, красивая, с волосами черными, как вороново крыло.

В пещеру с уверенным видом вошла Инкери Маргастер, леди, которая беседовала с лордом Неверембером в ту минуту, когда дворфы привезли свое сокровище.

– Чем это ты здесь занимаешься, малявка? – спросила она.

Реджис вздохнул; ему не хотелось стрелять в женщину.

Но он все же выстрелил.

Дротик угодил Инкери прямо в грудь, однако жертва даже не охнула – лишь с интересом посмотрела на толстую стрелу, торчавшую у нее в теле, затем снова подняла взгляд на Реджиса.

– Ну что ж, все понятно, – произнесла она, выдернула из груди дротик и отшвырнула его прочь.

Реджис пристально смотрел на Инкери, пытаясь уловить какие-нибудь признаки действия яда. Но ничего не увидел. Потирая руки, женщина двинулась к нему. При этом подвеска с драгоценным камнем, сверкавшая у нее на груди, вспыхнула изнутри, и Инкери начала увеличиваться в размерах.

Сначала Реджис подумал, что это всего лишь заклинание, но внезапно лицо женщины изменило форму и превратилось в собачью морду. Из плеч выросли еще две руки – причем заканчивались они не ладонями, а гигантскими клешнями. Но сильнее всего Реджиса потряс стремительно растущий хвост.

Сейчас она отнюдь не казалась ему привлекательной.

Естественно, у Реджиса не возникло никакого желания сражаться с «аристократкой». Даже не развернувшись до конца в сторону канала, он неловко прыгнул в воду боком, сильно ударился о каменный парапет, но не обратил внимания на боль. Он не рискнул плыть против течения, в ту сторону, откуда пришел. Нет, он поплыл в противоположном направлении, изо всех сил работая руками и ногами, и течение уносило его дальше, в подземелья замка.