Отверженный 追放者 Часть I

Последний кабинет в коридоре. Здесь тоже горит свет, я вижу его через окошко над дверью. Сато должен быть здесь, иначе и быть не может.

Дверь не заперта, я тихонько отворил её и заглянул в узкую щель. Где ты, Сато-сан?

Вот оно средоточие зла, клубный центр. Плакаты на стенах, доска, на которой от руки нарисовано поле и расстановка игроков, длинный стол и диванчики, на которых должны поместиться все члены команды. Большой кабинет, длинный, с моей позиции взглядом и не окинуть. Я мягко вошел, ступая по ворсистому ковру.

В дальнем углу висел телевизор, а возле него копошился человек, наклонившись над сумкой. Я быстро и скрыто переместился поближе, занося нож. Режим ниндзя включен!

Это был Баку, я узнал его выбритый затылок. И то, что он делал, заставило меня немного умерить шаг. Телевизор крепился к стене на раздвижном кронштейне, что удобно, если экран нужно повернуть под определенным углом к зрителям, но не это было его основной функцией. Главное, что широкий экран очень удачно прикрывал отверстие в стене, в которое был встроен сейф. Баку доставал из отсека деньги и пересчитывал, перед тем как опустить в сумку.

Сато хранил подань прямо в школе! Это же надо быть таким бессовестным наглецом. С иной точки зрения, если бы к нему заявились с проверкой, то ничего бы не нашли, так что я понимал его ход мыслей. Более того, ученики платили мелкой купюрой, посему бумаги и копилось много. Учитывая те стопки денег, которые я видел, это был лишь месячный сбор, общак.

Сумку с наличкой из школы так просто не вынесешь, только не через парадный вход, только не днем. Во время занятий он не мог ничего предпринять, а лишь наступила ночь, как сразу же решил забрать накопленное добро. Только вот почему не сделал это сам? Где Сато?!

Я ведь прошел до конца, проверив все комнаты, больше ему негде было находиться. Неужели он отправил своих миньонов разгребать дерьмо, а сам дал деру? Неужели его нет в школе, а я его упустил?!

Вот проклятье, Сато же говорил, что Баку сам хотел мне отомстить. Возможно, он и не собирался сжигать бар, и это была инициатива убитого горем братца… Спокойно, сейчас все выясним.

– Привет, Баку… – произнес я.

Парень вздрогнул от неожиданности и резко встал, обернувшись ко мне. Испуг тут же сменился злобным оскалом. Нет, некоторые люди могут только извергать из себя эту глупую никчемную злобу. Как сороконожка, что брызжет ядом, когда перерезаешь её пополам осколком блюдца. Ни на что иное они не способны, злоба туманит их слабый разум, заставляя забыть о здравом смысле и чувстве самосохранения. Баку был одним из таких. Тугим клочком гнева, бешеной чихуахуа (Боги, как я ненавижу этих крыс).

– Ты… – прорычал он. – А ты совсем кретин, раз решил прийти сюда!