Круговорот наших снов

— Чего хотел?

— Да так. Просто выполнил мою просьбу.

— Какую?

Не отвечаю. Хмурю брови и раздумываю, говорить ли Глебу о статуэтке. С одной стороны, не хочу. С другой, он тоже вращается в мире искусства. Может, что-нибудь слышал. Я ведь держу его рядом как раз для таких случаев. Чтобы использовать его возможности. Еще какое-то время прикидываю за и против. Наконец вздыхаю и решаюсь. Пользуюсь тем, что стоим на светофоре, открываю на телефоне фотографию и демонстрирую Глебу.

— Знаешь что-нибудь об этом предмете?

Он очень внимательно изучает снимок. Бросает на меня подозрительный взгляд. И с усмешкой спрашивает:

— У меня глюки, или вы похожи? С тебя делали?

— Нет. Это антикварная вещь. Ей больше ста лет.

— Одно другому не мешает. В свете того, что рассказывал о прошлых жизнях. Возможно, в одной из них ты все-таки позировала.

— Меня интересует эта жизнь, — морщусь я. Опять он все сворачивает к любимой теме. — В недавнем времени ничего о статуэтке не слышал?

Хмурится. Что-то обдумывает и неуверенно говорит:

— Вообще-то, с месяц назад на рынке антиквариата был похожий ажиотаж. Кое-кто активно интересовался женскими фигурами из бронзы. Я за этой темой особо не следил. У меня другие интересы.

— Но кто интересовался, знаешь, — даже не спрашиваю. А почти утверждаю. Глеб не спорит. Но и раскрывать имя человека не спешит. Смотрит прямо перед собой, недовольно сжав губы.

— Не тяни, — хмыкаю я. — Все равно не отстану.

— Только давай без глупостей, — вздыхает.

— Слушай, ты мне не отец, — начинаю злится. — Просто скажи имя.

— Ты его уже знаешь, — отвечает раздраженно. Удивленно смотрю на него. Потом шевелю мозгами. И выдаю догадку:

— Тициан? — мне в ответ кивок и еще один тяжелый вздох.

Уставившись в окно, прикидываю, что все это может значить. И тут замечаю знакомый ресторан. Тот самый, в который завозил меня Кирилл, когда мы с ним ездили в Лукашино. И из которого оба почти бежали. Охваченные странными эмоциями. «Сансара». Невольно хмурюсь и провожаю его взглядом. Глеб замечает мой интерес и спрашивает:

— Проголодалась? Хочешь, заедем?

— Нет, — качаю головой. — Я не голодна. Просто странное название. Вот и обратила внимание.

— Конечно, странное. Все, что касается твоего знакомого, странное.

— Какого знакомого? — туплю я.

— Все того же, — усмехается Глеб. — Это ресторан Тициана. Немногие догадываются, кто его реальный хозяин.

Даже не пытаюсь скрыть удивление. Этот тип словно преследует меня. Причем сам со мной в контакт не вступает. Инициатором встреч и всех наших разговоров была я. Но почти все, что происходит вокруг меня, так или иначе оказывается связано с Тицианом. Пора им снова заняться. Надо понять, что ему на самом деле нужно. Вспоминаю, что третью подозрительную кандидатуру — депутата — так и не проверила. Как, впрочем, и первую. Осталось придумать, как все провернуть. Надоело постоянно натыкаться на это имя. И не знать, кто за ним стоит.